Книга Слепые отражения, страница 123 – Оксана Одрина

За дальней белоснежной фурой рывком поднялся Егор. Скинув с плеч руки Марины, он обошел ближайшее «Спелое решение» и направился к деду. Роман на скорые шаги внука не обернулся. Заметно напрягшись, он сначала пошарил в карманах кожаной куртки. После чего сгруппировался, словно приготовился к драке, и расплылся в глумливой улыбке:

— Не переживай ты так, детка. Взамен этим неудачникам, я девчонку твою не тронул. Красивая она у тебя, дитя еще. Пусть живет. Без тебя и твоей ненормальности ей только лучше будет. К тому же лишние жертвы мне ни к чему. Они с Тильдой остались надежно запертыми — отдыхают в кабинете директора. Ох, уж эта Тильда. Столько лет прошло…. А я как не мог, так и не могу ей вреда причинить, и все на том. Любому другому могу, а ей нет. Любил я ее, и люблю. Да, не пошла она со мной, не приняла меня, когда зеркало создал. Однако ей я все простил. И прощу, если и сегодня против меня пойдет и …

Речь Романа оборвалась, стоило Егору ухватить его за плечи и рывком развернуть к себе.

— Заканчивай, дед, со сказками своими, — зло выговорил ему Егор. — Мы так не договаривались. Ты сказал, припугнем только Вереса, не больше. Припугнули, и хватит уже. Это не смешно.

— Мы с тобой ни о чем не договаривались, детка! — вмиг разъярился Рихов и зло сощурился. — Я предложил. Ты согласился. И ты прав. Не смешно!

Спихнув с себя ладони внука, Роман резким движением развернул его лицом к воротам. Потом выхватил пистолет из кармана куртки, впихнул Егору в руки и сжал в своих. Егор же в ответ, конечно, попытался высвободиться, шибанув старику затылком в лоб. Однако дед оказался на редкость ловким: не только увернулся от уготованного удара, но и сдавил непослушному отпрыску горло внутренним углом локтя свободной руки, так крепко, что мальчишка захрипел.

— Однобокий у нас с тобой диалог получился, детка, — на секунду обернувшись к Вадиму, заявил Роман. — Монолог. Да, хватит сантиментов. Перейдем к прологу.

Грохнул выстрел в сторону ближайшего прицепа. Вадим вздрогнул и дернулся назад, тут же саданувшись головой о стену. За дальней фурой вскрикнула Марина. Послышался глухой удар о рефрижератор, и пришла первая смерть.

Глупо, страшно, не смешно.

Мне больше никогда не будет смешно, папа…

Стылое пространство огромного гаража погрузилось в тишину. Это страшное безмолвие нарушало только пыхтение Егора, который не оставлял попыток вырваться из хватки деда, и всхлипы Марины у дальней стены, где она укрылась за кабиной одинокого фургона без прицепа.

Вадим жестко упирался затылком в настолько холодную стену, что пару секунд спустя его стал колотить озноб. Хотя знобило его не столько от холода, сколько от представшего зрелища. Ведь рядом с ним прервалась жизнь — жизнь Игоря Сафонова. Сраженный метким выстрелом прямо в сердце, он навсегда затих, припав спиной к колесу рефрижератора. Растерянный взгляд его остался там, где Рихов начал слагать пролог. А белоснежный прицеп одного из «Спелых решений и желтая разметка на полу забрызгались его кровью.

Молодые, да мертвые. Слишком молодые, рано, чтоб мертвые…

Раздался новый выстрел. Вадим вздрогнул. Егор, яростней вырываясь, завопил:

— Отпусти меня! Отпусти! Что ты делаешь, псих чертов? Не трогай ее!

Рихов же, не произнося в ответ ни слова, туже скрутил внука и придушил ему за горло так сильно, что у того голос перешел в жуткий хрип.