Онлайн книга «Слепые отражения»
|
Собраться из взбудораженного глупыми выходками Леши психа в сдержанного и выносливого Вереса-младшего оказалось нелегко. Потому сначала Вадим устало цеплялся взглядом за Алису, решая, смотреть ему самому на то, что пряталось под бинтами или лучше не стоит. Посмотрел: глубокая с ровными краями рана небрежно выворачивалась наружу. Еще и нижние фаланги всех пальцев оказались серьезно порезаны. С тыльной сторона рана оказалась чуть меньше в размере. При этом крови было много и там, и там, правда подсохшей. Свежей почти не вытекало — кровотечение ему остановили жгутом. Кто именно, Вадим не помнил — провал… Последнее, что ясно вырисовывала память — это еще дышащий Антон… Теперь вот скамейка и парк. Что между — неизвестно. Плохо дело, конечно… — Ну вот теперь-то точно все, — обреченно процедил Вадим. — Нет у тебя больше никакого «после», Вадим Андреевич. Доигрался ты в сыщика. Проиграл… Неприязненно скривившись, он отвернулся к Алисе, но крем глаза все же наблюдал за действиями доктора. Тот, сердито сдвинув брови, набрал в шприц лекарство из очередной стеклянной ампулы — одной из тех, что заставляли Вадима холодеть. Потом сам закатал пациенту рукава и куртки, и толстовки, знакомо повертев иглой в направлении места предполагаемого укола — индивидуальный стиль Грига как-никак, — и ввел медикамент. В том, что ему ввели некое успокоительное совмещенное с обезболивающим, сомневаться не приходилось — Вадима сразу начало клонить в сон, боль притупилась, и теперь казалась далекой, не его. Он, кажется, даже задремал, но и разбудили его быстро: — Эти подростки поедут со мной, и точка! Дрему как рукой сняло, и Вадим кинулся вглядывался в темноту у школы. Шуйская? Быть не может… Она не должна находиться здесь. Этот пожар в школе вообще не ее дело — она давно не директор здесь. И все же в перекрестном свете мощных фонарей спецслужб перемещался знакомый силуэт в красном пальто — это именно Шуйская. И если уж совсем честно, Вадим до того был рад ее видеть, что бросился бы навстречу, если б только мог. Но он не мог… — Матильда Брониславовна, поймите, мы не имеем права… — пытался дискутировать с женщиной высокий худощавый полицейский, безуспешно подстраиваясь под ее торопливый, но при этом уверенный шаг. — Зато я имею! — непреклонно стояла на своем Матильда. — На время отсутствия и лечения директора школы Павла Петровича Фрея я исполняю его обязанности. Заметьте, уже исполняю! А не бегаю в панике и не зову на помощь. Я Матильда Брониславовна Шуйская и есть помощь! Все уже организовали. Еще до вашего прибытия. Пострадавшие подростки отправлены в больницы города, уцелевшие — домой к родителям. Пятеро — поедут со мной. Без возражений! Ваша задача — выяснить причины пожара, а моя — заниматься детьми! Рядом с Шуйской шел Кирилл. Он кутался в балахон раза в два шире положенного размера и, то и дело потирая ладони, оглядывался по сторонам. Заметив друзей, он сразу же направился в их сторону. И как раз тогда Вадиму помогли подняться, и повели к входу со двора главного корпуса школы. Правда, самого выхода он так и не увидел, как и подошедшего Кирилла. Сначала пустилась по кругу отравленная гарью пожара реальность. Потом исчезли голоса. Еще секунда, погас свет. И Вадим наконец-то, к огромному облегчению, не то все-таки уснул, не то лишился чувств… |