Онлайн книга «Танцовщица для подземного бога»
|
Ночь любования не терпит лишнего шума, и разговоров. Ночь предпочитает тайну. И музыку. Едва девушка опустилась на мягкое ложе, засыпанное лепестками, и ей подали жареные ломтики корня лотоса на серебряном блюде, Танду заиграл. Серебристые звуки каскадом рассыпались над маленьким озером, зазвенели на полупрозрачных лепестках цветов, поднялись к белой луне… Анджали не заметила, как слуги исчезли, оставив на берегу только лишь господина и его рабыню. Хотя… кто сейчас был господином, а кто рабом? Очарованная музыкой, опьяненная свежим ветром, девушка сидела на мягком ковре, обхватив колени, и смотрела на бутоны лотосов, покачивающиеся на волнах. Цветы словно танцевали под удивительную музыку. А музыка и в самомделе была удивительной — никогда раньше Анджали не приходилось слышать такого чарующего исполнения. Словно играли несколько музыкантов… Она перевела взгляд на нага — и едва не вскрикнула, зажав рот ладонью. Нагу не нужны были аккомпаниаторы. Двумя руками он играл на вине, скользя пальцами по струнам, а в двух других держал барабанчик-дамару, отстукивая ритм, и манджиру — серебряные тарелочки, позванивая ими, чтобы добавить мелодии хрустальной наполненности. Страшное чудовище создавало прекрасную музыку… И это само по себе было удивительным зрелищем — таким же, как луна над озером. Музыка нага была другой, не такой, как музыка в городах богов. Та была легкой, как полет бабочки, она осыпала сердце невесомой пыльцой, а эта… эта была ветром с гор. Ветром, освежающим душу, пробегавшим по коже серебряными иголочками. Эта музыка потрясала, волновала и… возбуждала. Дрожь охватила тело, и это была не дрожь страха или омерзения. Это была дрожь восторга. Луна почти достигла апогея, когда наг закончил играть и поднялся над виной в полный рост. Он снова принял человеческий облик, и вышел на берег, повернувшись спиной к Анджали и лицом к луне. Он был обнажен, и луна щедро поливала его красивое, смуглое тело серебристым светом. Слуги появились бесшумно — как тени, и повязали на бедра своему господину легкую ткань, собрав ее складками. На щиколотки нага надели браслеты с бубенцами, и один из слуг сел за вину, а второй взял барабан. Теперь зазвучала другая музыка — не такая небесно-прохладная, как во время игры Танду. Теперь мелодия не освежала душу, а воспламеняла ее, заставляя и кровь бежать по жилам быстрее. Под четкий ритм барабана Танду вскинул руки к луне, прося благословения, и начал танцевать. С первых же движений Анджали прижала ладони к загоревшимся щекам. Это не было танцем, это было майей! И даже таланты дайвики Урваши померкли перед умением нага! Вроде бы те же движения, что в священном танце лотосов, но все было совсем иным… Каждый жест, каждый шаг, каждый поворот головы, сопровождаемый перезвоном бубенцов — все это околдовывало, звало, манило, соблазняло… В чем тут секрет? В чем?!. Но секреты казались уже неважными… Девушка опустилась на подушки, стиснув между коленями ладони, сжимая бедра и извиваясь в такт музыке. Тело стало горячим, тяжелыми… требовательным… Анджали жадно подалась вперед, стараясь не пропустить ни единого движения нага, и вовсе не жажда знаний вела ее. Это была другая жажда — телесная, сердечная. Она забыла и о своей цели, и о Шакре, мечтая только об одном — чтобы поскорее окунуться в прохладную воду, чтобы избавиться от наваждения, чтобы остудить пылающее лоно, которое требовало — да что там! умоляло! — о любовном слиянии с мужчиной! |