Книга Я отменяю казнь, страница 65 – Валерия Войнова

Мы помолчали. Момент был идеальным. Он уже взял подарок, он чувствовал себя обязанным,но не настолько, чтобы это давило.

— Мэтр, — я понизила голос, делая шаг ближе к его столу. — Я могу попросить… совета? Не как сотрудник, а как дочь своего отца?

Тик насторожился, но сверток из рук не выпустил.

— Смотря какого совета. Если вы хотите узнать, как подделать печать, то я глух и слеп.

— Боги упаси. — Я сделала страшные глаза. — Отец хочет, чтобы я разбиралась в земельном праве. Он говорит: «Учись у лучших». А кто лучший юрист в Империи, если не Хранитель Печатей?

При упоминании титула Ансея лицо Тика скривилось, словно он разжевал лимон. Архивариусы не любили юристов. Юристы вечно требовали документы, чтобы извратить их смысл, а архивариусы хранили их, чтобы сберечь истину.

— Хранитель… — проворчал он. — Скажете тоже. Стервятник он, а не хранитель.

— Вот и я говорю отцу, что его методы… спорные. — Я доверительно наклонилась к нему. — Но чтобы понять логику, нужно видеть дела. Я хочу посмотреть старые акты отчуждения земель. Те, которые вел лично Ралмер Ансей, еще до того, как стал Хранителем. Или в первые годы.

Тик замер. Взгляд его выцветших глаз стал острым.

— Дела об отчуждении? Это «Особый фонд», леди. Туда нужен допуск уровня Советника.

— Я не прошу оригиналы с собой, — быстро сказала я. — Я хочу просто посидеть в читальном зале. Полчаса. Только посмотреть географию. Отец хочет купить землю на севере, и я боюсь, как бы мы не наступили на хвост… интересам Хранителя. Вы же знаете, как опасно переходить ему дорогу.

Это был аргумент. Тик знал. И он, как многие «маленькие люди» в этой системе, тихо ненавидел Ансея за его высокомерие и новые порядки. Помочь кому-то не вляпаться в схемы Ансея — это маленькая, безопасная месть.

Он пожевал губами, глядя на мазь. Потом на меня.

— Только здесь. В дальнем углу. И никаких чернил — только карандаш.

— Вы мой спаситель, мэтр.

Через пять минут я сидела за пыльным столом в глубине зала, скрытая стеллажами. Передо мной лежала стопка папок, пахнущих плесенью.

«Дело рода Крей. Измена. Конфискация».

«Дело баронов Торн. Бунт. Конфискация».

«Дело графов Виллер. Нарушение вассальной клятвы».

Я открывала карты, приложенные к делам. Мои пальцы, перепачканные графитом, скользили по пожелтевшей бумаге. Искала не юридические казусы. Искала географию.
Ансей уничтожал роды методично. Раз в три-пять лет. Всегда по закону. Всегда с конфискацией родовыхземель в пользу Короны (а по факту — под свое управление).

Я развернула свою карту — обычную, школьную, которую принесла с собой. И начала ставить крестики.

Двадцать лет назад: Северные горы. Род Крей.

Пятнадцать лет назад: Долина Гейзеров. Бароны Торн.

Восемь лет назад: Побережье у Синих Скал. Графы Виллер.

Я соединила крестики линиями. Получился треугольник. Неровный, разорванный. Чего-то не хватало.

Центра. Или замыкающего звена.

Я вспомнила слова отца: «Он хочет Северную Рощу». Я поставила крестик там, где были наши земли. Линии сошлись. Фигура замкнулась.

У меня пересохло в горле. Я смотрела на карту и видела не горы и леса. Я видела схему.
В детстве дед показывал мне старые трактаты по мировой магии. «Земля — это живой организм, Лиада. У неё есть вены — реки, и есть нервы — силовые линии. Там, где нервы выходят на поверхность, стоят Источники».