Книга Я отменяю казнь, страница 56 – Валерия Войнова

— Куда везти старика?

— На улицу Ткачей. Найди приличное помещение под лавку. Не роскошное, но сухое и с задней комнатой. Мы открываем контору писчих услуг «Тихое Перо».

Ривен присвистнул.

— Писчая лавка? Скука смертная. И зачем мне это?

— Затем, что это будет наш штаб. Бреон будет управляющим. А ты… — я посмотрела ему в глаза. — Ты будешь его племянником. Приехал из провинции помогать дядюшке. Охранник, грузчик, помощник. Это даст тебе легальный статус, крышу над головой и возможность находиться в центре города, не вызывая вопросов у стражи.

Наемник хмыкнул, почесав шрам на скуле.

— Племянник писца… Давно я не играл в семейные игры. А старик? Он в курсе, что обзавелся родственником с ножом за голенищем?

— В курсе. Он знает, кто ты. И он знает, что ты работаешь на меня. Ваша задача — обустроиться. Купите мебель, бумагу, вывеску.Бреон знает, что нужно. Деньги у него есть.

— У старика? — Ривен недоверчиво приподнял бровь. — Много?

— Достаточно, чтобы у тебя возник соблазн дать ему по голове и сбежать, — жестко сказала я. — Но ты этого не сделаешь.

— Почему же?

— Потому что тогда ты снова станешь просто беглым наемником с кошельком краденого золота, которого ищет стража. А со мной ты станешь кем-то большим. Ты хотел вернуть имя рода, Ривен? Воры имена не возвращают. Возвращают верные люди.

Он смотрел на меня долго, оценивающе. В темноте его глаза казались черными.
— Вы умеете бить в больное место, госпожа, — наконец произнес он. — Ладно. Буду я племянником. Но если старик начнет меня учить грамоте — я уволюсь.

— Он начнет, — я позволила себе слабую улыбку. — Терпи. Это полезно.

— Улица Ткачей, пять утра, перехват обоза. Я понял. Идите спать, леди. Вы выглядите так, будто вас жевал дракон, а потом выплюнул.

— Спокойной ночи, Ривен.

Я развернулась и пошла к дому. Теперь пазл сложился полностью. Завтра утром у меня появится не просто шпион и старый слуга, а настоящая ячейка.
Механизм запущен.

POV: Рейнар Тарелл

(Вторник. Поместье леди Гортензии Тарелл, 30 миль от Столицы)

Дождь за окном лил монотонно и серо, превращая сад в размытую акварель. Рейнар Тарелл сидел в глубоком кресле у незажженного камина. На коленях у него лежал плед, хотя в комнате было тепло. На столике рядом стояла початая бутылка вина и нетронутый бокал.

Он не пил. Он просто смотрел на темное стекло бутылки. Прошло два дня.
Два дня он не выходил из комнаты, сказавшись больным. «Мигрень», «светобоязнь», «дурнота». Тетка, добрая душа, велела завесить окна и ходить на цыпочках.

В дверь деликатно поскреблись. Рейнар вздрогнул всем телом, вжавшись в спинку кресла. Сердце заколотилось где-то в горле.

— Господин Рейнар? — шепот старой горничной. — Ваша тетушка просит узнать, не стало ли вам легче? Привезли почту из столицы…

— Оставьте у двери, — хрипло отозвался он. — Мне нужен покой.

Шорох удаляющихся шагов. Рейнар выждал минуту. Потом, крадучись, подошел к двери. Прислушался. Тихо. Он приоткрыл створку ровно настолько, чтобы просунуть руку, и втащил внутрь свежий номер «Столичного Вестника».

Он развернул газету на полу, боясь подносить её к глазам.

Заголовки. Крупный шрифт.

«СКАНДАЛ В ПОРТУ!»

«АВАРИЯ КАРЕТЫ ДОЗНАНИЯ!»

«СОВЕТ НАЗНАЧИЛ РАССЛЕДОВАНИЕ!»

Рейнарчитал, и буквы расплывались перед глазами. Карета разбилась. Груз, который он должен был оформить, рассыпался по мосту в ночь на воскресенье. Дознание под ударом. Идет проверка.