Книга Баба Клава, или Злачное место для попаданки, страница 41 – Мариса Бель

Деревня встретила меня привычными запахами – дымом, навозом, свежим хлебом и чем-то жареным. Но сегодняв воздухе витало еще и напряжение. Люди, завидев меня, замолкали, делали вид, что заняты делом, но взгляды тянулись за мной, колючие и любопытные. Шепоток про вчерашний налет инквизиции явно сделал свое дело. Я – "та самая Сулари", изгнанница, у которой ищут государственных преступников.

Сначала зашла к Олисе. Она торговала у своего лоскутного прилавка, но лицо было озабоченным.

– Клава! – оживилась она, увидев меня. – Как ты? Рабочие пришли?

– Пришли, Роберин с ними, – кивнула я, делая вид, что разглядываю кусок ситца. – Все нормально. А у тебя новости?

Олиса понизила голос, отойдя от прилавка.

– Была у Бабы Нюры утром. Маркиз... пришел в себя. Ненадолго. Прошептал что-то про "кольцо" и "ключ". Потом снова отключился. Нюра говорит, тело борется, но он слаб как котенок. И... – она оглянулась, – шепчутся, что в деревне появились какие-то новые люди. Не местные. Приезжие. Спрашивают о поместьях, о чужаках. Будь, осторожнее.

Предупреждение Бабы Нюры и след у калитки всплыли в памяти. "Уши" Клейтона уже здесь.

– Поняла, – кивнула я. – Спасибо. Куплю вот этот ситец, голубой. На платье рабочее. – Платила, стараясь не показывать тревогу. — Можешь его сразу себе забрать, тебе ж шить, — Олиса довольно улыбнулась и кивнула.

Следующая моя цель – Равенна. Ее лоток с выпечкой был на другой улице, помню, что ей не разрешали встать на площади. Народу вокруг много как всегда, особенно детворы, выпрашивающей сладости. Равенна, розовощекая и улыбчивая, ловко раздавала петушки и пирожки. Увидев меня, ее улыбка стала чуть шире, но в глазах промелькнула тень.

– Госпожа Сулари! Какая честь! – зазвенела она, слишком громко для простого приветствия. – Пирожок свежий? Или шарлотку? Только из печи!

– Шарлотку, пожалуйста, – ответила я, также громко и весело, играя роль. – Слышала, у вас она просто пальчики оближешь!

Пока она заворачивала кусок румяного пирога с яблоками, я шагнула ближе, делая вид, что выбираю леденец.

– Вчерашние гости к тебе не заглядывали? – спросила я шепотом, почти без движения губ.

Равенна, не переставая улыбаться покупателю, кивнула еле заметно.

– Заглядывали. Двое. Спрашивали про всех, кто у тебя бывал. Про Олису... Про Роберина. – Она сунула мне в руки сверток с пирогом. – "Камни" носили. Будь осторожна, Клава.Они как тени.

"Камни". Инквизиторы. Уже собирают досье. Я поблагодарила громко, заплатила и отошла, чувствуя, как по спине ползут мурашки. Пирог в руке пах райски, но аппетита не было.

Разговаривать сейчас с Равенной о том, кто она есть на самом деле, не стоит. Уши есть везде. Особенно сейчас. Возвращалась я быстрее, чем шла в деревню. Тревога гнала вперед. Что-то было не так. Не предчувствие, а скорее осознание: враг рядом, а мой дом беззащитен, несмотря на строящийся частокол. Любой забор не выдержит, если я одна за одним.

Подходя к "Злачному Раю", я сначала услышала громкий, тревожный мужской крик, а потом оглушительный грохот, как будто рухнула гора дров. Сердце упало. Я бросилась бежать.

Картина, открывшаяся передо мной, заставила онеметь. Часть крыши над сенями – той самой, где был чердак с люком – обвалилась вовнутрь! Обломки стропил, соломы, куски глиняной обмазки торчали из провала. Пыль столбом стояла в воздухе. Коза в ужасе металась по двору на пределе веревки.