Книга Она любила звезды, страница 93 – Галина Погорелова

Еще сильнее раздражал сам факт сотрудничества с такими людьми. Наивная глупость обоих Йаханов особенно бросалась в глаза на фоне отлаженного механизма, которым была его свита. Обычно подобное не задевало, но Талвар его довел. Позволил себе слишком много: положил глаз на его советника, разговаривал с ней неподобающе и, в конце концов, осмелился на оскорбление.

Так и не открыв сейф, Иссай прошел в гардероб. Вместо брошенной наставником белой рубашки выбрал другую – черную. И весь наряд сменил на темный, под стать собственным мыслям.

Все-таки он себе врал… Не только старший Йахан портил ему настроение. Был еще один человек.

Инрай Зарим Банахар. Этот ублюдок… Вот на ком действительно стоило бы выместить злость.

До знакомства с Арисой он воспринимал его просто как цель. Знал о его темных наклонностях: собранные сведения отталкивали, но не занимали его мысли. Теперь же, видя, что Банахар сделал с этой женщиной, насколько искалечил то, что только безумец решился бы сломать, Иссай чувствовал, как в нем изо дня в день копится гнев.

И противостояние с домом Банахар давно перестало быть сухой политикой. Переросло в личное. Возможно, еще в те секунды, когда Ариса смотрела на него там, у алтаря.

Перебирая в памяти тот день, Иссай часто возвращался к ее взгляду. Не хотел, но снова и снова прокручивал в голове иные варианты: как могло бы сложиться. И даже пойди свадьба по плану, отчего-то был уверен, что все равно вмешался бы. Неизвестно как, не понимая зачем, но сорвал бы церемонию. А сейчас, узнав ее ближе, тем более.

Одно он признавал с самого начала – она его зацепила. И сильно.

Впрочем, правда о нейрошунтах на время вернула ему трезвость. Пусть и ненадолго, но Иссай испытал и разочарование, и злость, и странное облегчение. Лишь потом просчитал возможные плюсы. Сперва же чувствовал себя глупцом. С учетом превосходства, которое давала носителю подобная технология, неудивительно, что ей удалось так легко провернуть свою манипуляцию. В храме она воспользовалась им, просчитала все до мелочей и вывела его на нужную реакцию. Как минимум, не услышала отказ.

Но больше на ее уловки и манипуляции Иссай не поддавался – так ему проще было думать. И первые месяцы не смотрел на нее иначе, кроме как на третьего советника: удачное приобретение не только для него и Ахмерата, но и для всей Империи.

Многое изменилось в этой поездке. Изменилось и в нем...

И еще до того, как она вновь заняла его мысли, там уже зрела ревность.

Появилось и другое – пристальное внимание иного рода: теперь ему было важно понимать, где в ней заканчивался голос технологии и начиналась она сама. Сколько в ней человека. Сколько свободы и собственных желаний.

Ведь то, что он знал о прежних носителях нейрошунтов, не радовало.

Помимо основателя Дашета, в главном архиве Империи хранились записи еще о четверых. Все они прожили недолго после единения с технологией. То же могло ждать и ее. Хоть речь шла о браслетах, а не о синоптическом ободе, но, судя по ее состоянию, по той усталости, неизменно жившейв ней, сценарий повторялся.

Допустить для нее подобного финала Иссай не хотел.

Последние недели он всерьез подумывал не просто снизить ей нагрузку – убрать ее полностью. Не ждать завершения отведенного года. Отпустить… или оставить рядом, но не советником. Уж лучше никем. Просто свободной женщиной, которой еще нужна его защита. И от дома Банахар. И от нее самой.