Книга Она любила звезды, страница 81 – Галина Погорелова

Свадьба должна была изменить все: их новая жизнь, благословенная богиней. В конце концов, Ариса научилась бы его любить.

Но как же он был слеп…

Подойдя к стене, увешанной тремя массивными зеркалами, Инрай развязал пояс черного халата, оставшись полностью обнаженным. Посмотрев на свое отражение, застыл. И не двигался долго, пока вновь не ощутил покалывание в груди – ее прикосновение.

Там, выше сердца, горели два шрама – отпечатки ее рук. Оставленные на его плоти в тот вечер, когда он едва не умер от чехарры. Думал, что его к себе тянул Нечистый, а это оказалась она.

Помеченный ею раб.

Его губ вновь коснулась улыбка, но теперь острая, похожая на оскал. Грудь давил непролитый гнев.

И так было ясно: свободным ему не стать, пока его душа принадлежит ей. Ведьме…

Возможно, она уже подчинила себе и четвертого принца Империи. И этим не ограничится. Но он остановит ее! Не даст заразе расползтись за пределы Ахмерата.

Верой. Огнем. Мечом.

Пускай отец и впредь продолжает свою тихую войну с новой властью. У него же свои цели, свое исцеление.

Он даст ей отпор. Скоро…

Пусть только ступит в последний город своего пути – там служители Пресветлой решат ее участь. Никто ее не спасет.

И в Йамире она достанется ему.

Привал перед ночным броском к Ихме объявили за два часа до заката.

Высланный вперед отряд слуг выбрал живописное и практичное место рядом с рекой, в просторной низине, где трава светилась синим так ярко, будто небеса пролили на землю собственный цвет. Поле тянулось до самого лесного гребня, рябило мягкими волнами под ветром; меж стеблей мерцали крохотные чашечки цветов с серебристой пыльцой. И отдых на таком фоне казался утопией даже для встроенных в браслеты алгоритмов.

Ариса пребывала под впечатлением. Непривычная для Шаты природа, забытая с детства, ей нравилась. Север Ахмерата она не помнила, разве что обрывками, как и то, что зеленого в нем было в разы больше, чем свойственных другим регионам провинции желтого, белого и коричневого.

К моменту прибытия кортежа костры уже дымились, шатры походных бань и туалетов поднимались ввысь, а между повозок тянулся запах горячей пищи. Длинные раскладные столы под открытым небом были заставлены простыми блюдами – без изысканной сервировки, но удобно и привычно. Все это стало частью дороги, узнаваемым ритуалом. Подобные привалы замедляли слишком быстрый и тяжелый ритм путешествия, давали отдых и лошадям, и людям, а главное – позволяли на миг заземлиться.

Искупавшись в походной бане, Ариса вернулась к шатрам.

Тем временем неподалеку разрослось состязание в стрельбе. Соревновались трое, и, узнав кто именно, она нахмурилась: наместник и братья Йахан. В последние дни такие «стычки» между ними стали едва ли не нормой.

Старший из братьев, Талвар, держался самоуверенно, стрелял быстро и резво, но без тонкости. Младший, Имр, наоборот, вымерял каждый жест с солдатской дотошностью. Их манеры, громкие реплики и смех выделялись, но не тем оттенком, каким должна отличаться новая знать. Оба они были детьми Мариса Йахана, по милости наместника недавно возведенного в ганны. Оба из армии, теперь же – в свите. И их появление оказалось для нее проблемой, куда более серьезной, чем она ожидала.

Они не знали границ этикета, особенно старший.

Его внимание к ней не было откровенным до скандала, но достаточно настойчивым, чтобы его замечали и свита, и сам принц. Талвар то помогал ей сесть в карету, то, метко попав в цель, оборачивался и посвящал стрелу ей, то ухаживал за столом, передавая блюда,подливая напитки.