Книга Она любила звезды, страница 5 – Галина Погорелова

Отвернувшись от окна, заскользила взглядом по темным углам спальни. Здесь не убирались четыре года. С тех самых пор, как похоронили госпожу и закрыли это крыло.

Вещи лежали там же, где остались в тот день: покрытые пылью, подернутые временем. Простыни на креслах, засохшие лепестки розы в тарелочке для благовоний, карманное зеркальце на столике у кровати, пустые шкатулки с резными крышками, где когда-то хранились драгоценности, перешедшие от приемной матери к Нэйе.

В этой комнате они с младшейсестрой часто играли. Госпожа была доброй по-своему. Разрешала им, двум любознательным девочкам, перебирать свои шали, наряжаться в платья. Они вертелись перед зеркалами, хохотали, примеряли серьги, цепляли на себя тяжелые разноцветные бусы и сапфировые заколки. Сундуки с одеждой были для них настоящими сокровищницами, и именно здесь, среди атласа, бархата, кружев и шелка, ее детство выглядело чуть менее жестоким.

Ариса встала, по старой памяти прошла в гардеробную.

Там царила полная темнота. Звездный свет выхватывал вход и контуры полок. Но и тут обстановка сохранилась прежней: громоздкие плечики, длинные наряды, застарелые запахи духов и пучков лаванды вперемешку с ветхостью. Она помнила это место до мелочей – что и где хранится.

На верхней, самой дальней полке, стоял небольшой черный сундук. Когда-то госпожа строго-настрого запретила им с Нэей к нему прикасаться. И именно потому сундук ожидаемо запомнился ей чем-то важным и запретным, но и не слишком интересным. О его содержимом она знала, там были вещи, в которых их нашли. Не все, лишь несколько. Остальное растерялось, возможно, сгорело еще в северном имении, откуда Кама Тархан перевез семейство в Шату, сразу же после случившегося тринадцать лет назад пожара. А может быть, их просто растащили слуги.

Сходив в спальню, Ариса прихватила стул. Снятый с полки сундук был легким, а небольшой замок на крышке слетел от первого же удара массивным подсвечником.

Внутри и правда лежали детские вещи. Маленькая рубашка брата из странной, плотной ткани. Ее курточка, нательное платьице Нэи... Все чистое, блеклое, сложенное аккуратно, но сделанное не в Ахмерате – это она поняла давно и по тусклым тканям, и отсутствию узоров, чего в их пестром краю не встречалось.

Вспомнилось, что именно из-за ее вопроса, почему эта одежда другая, покойная госпожа и запретила им трогать эти вещи.

Перебрав их еще раз, Ариса досадливо нахмурилась. Ни одного нового воспоминания – ни проблеска на их прошлое.

Вещи молчали...

Она уже собиралась сложить все обратно, как заметила на дне пустого сундука что-то мутное.

Два металлических браслета. Темно-серые, без застежек, с гладкой глянцевой поверхностью. Они с Нэей пытались играть ими в детстве, но интерес быстро угас. Браслеты больше походили на оковы, чем на украшение. И госпожа,однажды примерив, сбросила их с брезгливостью. Рядом с ее изысканным золотом и серебром эти безделушки смотрелись дешево.

Помедлив, Ариса надела браслеты на запястья, подняла руки к свету.

Выглядели они, как и раньше: невзрачно, грубо. И ей, равнодушной к украшениям, действительно показались оковами. На миг стало любопытно, как они вообще попали в этот сундук, были ли на ней или у кого-то из близнецов, когда их заметили в поле, или же их положили сюда по ошибке?