Книга Кричи для меня, страница 15 – Дж. М. Фейри

— Я пытаюсь закрыть твои раны, — сердито говорит она, подтягивая изорванный лоскут ткани, который раньше был на ее теле. Она обнажена? Я смотрю вниз, разглядывая ее, но она застегнула старое, огромное коричневое пальто до самого низа, скрывая свои идеальные формы.

Я сажусь ровнее, притягивая ее так, чтобы она сидела у меня на коленях, и морщусь от усилившейся боли — края царапин натягиваются.

— Я сам исцелюсь, — говорю я, откидывая голову на стену позади себя и закрывая глаза, но, не выпуская ее из своей хватки.

— Откуда ты знаешь? — спрашивает она, не выдержав и минуты молчания.

Я открываю глаза, изучая ее нахмуренный лоб, поджатые губы. Ни один пленник никогда не разговаривал со мной в такой манере, по крайней мере, я такого не припоминаю. Хотя я никогда не помню своих прошлых жертв, даже сейчас, когда мое истинное сознание возвращается.

Я могу многого не знать, но это я знаю точно.

— Мое тело всегда исцеляется само. Мне просто нужно еще немного времени.

Она вырывается из моей хватки. У меня нет сил бороться с ней, но даже освободившись, она не двигается, ее ноги все еще сжимают мои бедра, мой скрытый член так близко к ее промежности. К сожалению, я слишком слаб, чтобы возбудиться.

Она скрещивает руки на груди.

— Почему ты теперь можешь говорить?

Ее вопрос озадачивает меня, и я подаюсь вперед, выходя из оцепенения, чтобы обдумать это.

— Я не знаю. Думаю, дело в твоем крике. Каждый раз, когда ты кричишь, я возвращаю часть себя. Я обретаю ясность.

— Почему?

Она придвигается ближе, положив руки мне на бедро и изучая меня. Моя боль исчезает.

— Я питаюсь человеческими криками. Вот почему я их ловлю. Но твои крики другие.

Я все-таки не так уж слаб. Мой член твердеет, когда ее неприкрытая киска задевает мое отверстие. Она вздрагивает, отстраняясь, но я хватаю ее за запястья, пока расту, позволяя своему члену скользнуть между ее половых губ. Ее ресницы трепещут, веки смыкаются, но как только мои отростки шевелятся в поисках ее тепла, она распахивает глаза и напрягается.

— Перестань.

Я слышал это слово миллион раз сквозь вопли, сквозь слезы, сквозь рыдания. Оно никогда ничего для меня не значило, но теперь все иначе. Я не хочу подчиняться ее приказу, но он заставляет меня остановиться, и мои отростки прекращают поиск. Я не возьму у нее того, что не дано добровольно. Пустая боль в груди отвергает мои инстинкты заявить на нее права.

Она смаргивает блеск в глазах.

— Мне нужно знать больше. Как тебя зовут?

— Зовут?

Она вздыхает.

— Меня зовут Мари. Так меня называют люди. Как называют тебя?

Мари. Это слово окутывает меня, как теплое объятие. Я хочу покатать его на языке, но она смотрит на меня, ожидая ответа. Я качаю головой.

— Меня никто никак не называет.

Это правда, но почему-то она кажется ложью, будто когда-то у меня было слово, обозначавшее меня, но я не могу его вспомнить.

— Ладно, тогда, где я?

Вопрос ставит меня в тупик.

— Ты здесь.

— Где это — здесь?

— Дыра.

Она стонет, отталкиваясь от меня. Я рычу, низко, в горле, но это ее не останавливает.

— Ты забрал меня из моего дома и принес в свой. Где находится твой дом?

Я пожимаю плечами.

— Я нахожу добычу через портал и приношу ее в свой мир.

— Что это за мир? Здесь только такие существа, как ты, и те звери, что гнались за нами?

— Да. Здесь нет людей. Мы приносим их через порталы, чтобы питаться их криками. Так мы выживаем.