Онлайн книга «Кошачий глаз в волшебный час»
|
– Олег вернется только через три дня, – заметила я. – А вопросы я не задавала, потому что у меня была куча дел. «Сейчас у тебя их будет не меньше. Знаешь, сколько Ольга оставила тебе работы?» – Знаю. Не так уж и много. «Правда? Тогда, быть может, ты разберешь старые каталоги? В них давно пора навести порядок». – Что еще за каталоги? – удивилась я. «Видишь шкаф справа от Олиного стола? В нем полно папок с бумагами. Их заполняли еще в те времена, когда вместо компьютеров использовались пишущие машинки». – Ого! Зачем же мы храним такую древность? Не проще ли собрать все эти каталоги и сдать в макулатуру? «Проще. Но сначала их надо просмотреть. Есть вариант, что ты найдешь там кое-что интересное». Я удивленно приподняла бровь. – В каком смысле – интересное? «В прямом. Те бумаги оформлял еще Игнат Воронцов». – Кто это? «Хранитель волшебной точки, который был предшественником Ольги Чарской». Меня словно ударило током. Предшественник Чарской? То есть тот самый человек, который принимал у нее заклад с воспоминаниями? С ума сойти. Неужели Сташек решил-таки помочь мне разобраться в этой запутанной истории? Не удивлюсь, если его вдохновил на это последний разговор с Ольгой Сергеевной: она чем-то его задела, и кот теперь жаждет сатисфакции. Забавно. Несколько дней назад мне пришло в голову, что начальница могла оставить в ломбарде не одну вещь, а несколько. Николай Петрович сказал, его невеста теряла память постепенно. Сначала забыла подруг, потом отца, а потом и его самого. Выходит, в секции номер три хранится ворох вещей, когда-то принадлежавших госпоже Чурской. В том, что Чарская и Чурская – это один и тот же человек, я не сомневалась ни минуты. А потому следующим моим шагом было дождаться, когда Ольга Сергеевна отправится в отпуск, и поискать упоминание о залоговых билетах, выданных на ее «девичью» фамилию. Учитывая, что особенные заклады хранятся в «Кошачьем глазе» по многу лет, документы на них тоже должны находиться в сохранности. И вдруг Сташек едва ли не прямым текстом говорит, где именно я могу их найти. Прелестно, не правда ли? А как же конфиденциальность, право выбора, неприкосновенность личной жизни и прочие правильные слова, которые он говорил, когда я спрашивала его о Чарской? Неужели за последние дни все так изменилось, что сам ломбард желает рассказать мне историю, случившуюся с его хранительницей несколько десятилетий назад? – Этот Воронцов взял Ольгу на работу? – спросила я у кота. – Так же, как она приняла на работу меня? «Вовсе нет. Игнат помощников не искал, и даже представить не мог, что Оля заменит его в этом кресле. Он просто в нее влюбился». Мои брови поползли на лоб. – Влюбился?.. «Да. Увидел в трамвае и потерял голову. А заодно сон, аппетит и желание работать. Последнее было особенно печально». – Сташек, погоди, – медленно произнесла я. – Правильно ли я тебя поняла: Ольга Сергеевна не сама явилась в «Кошачий глаз», ее сюда привели? «Не привели, а пригласили. Игнат подсел к ней в трамвае, чтобы познакомиться. Во время их разговора Оля обмолвилась, что у нее случилась какая-то беда – то ли пожар, то ли наводнение. Ей требовались деньги, и Воронцов предложил кое-что у нас заложить». Я покачала головой. – У Ольги был жених, Сташек. Горячо любимый, с которым она была знакома с детства. Неужели Игнат этого не знал? |