Книга Талисман прошлого "Тайна императоров", страница 73 – Ксения Холодова

Даже не изучая историю слишком усердно, Клэр отлично знала ответы на его вопросы.

– К сожалению, война действительно будет. В начале лета 1812 года Наполеон Бонапарт объявит России войну, перейдя реку Неман.

В глазахМишеля одновременно читались восторг, страх, удивление, и было непонятно, какое из этих чувств выражалось больше остальных.

– Немыслимо… Вы не могли этого знать! Ну… а что же… – он не успел договорить, как Клэр снова принялась рассказывать ему о будущем.

– Эта война будет длиться меньше года. К зиме Наполеон покинет пределы России. Насколько мне известно, лёгкой эта победа не будет, хотя о ней всегда говорят только с радостью и гордостью. В истории она останется как Отечественная война, – Клэр заметила, с каким вниманием Мишель ловит каждое её слово.

– Безумие! – Мишель стал посмеиваться, но не над тем, что говорила Клэр, а над сложившимися обстоятельствами, благодаря которым он сейчас всё это узнал. – Прошу тебя, больше ни слова. Я верю тому, что ты говоришь, но, прошу, не рассказывай мне впредь ничего о будущем нашей страны или же о моём.

– Хорошо.

– Зато я наконец всё больше начинаю вас понимать, мадемуазель Клэр, – сказал он, заметив разочарование на её лице.

– Я не мадемуазель и никогда не была ею, ведь сословий и крестьян больше…

Мишель прикоснулся ладонью к её щеке и тут же лёгким движением притянул Клэр к своим губам. Он целовал её, как в последний раз, желая запомнить это мгновение на всю жизнь. Чувство власти над её губами, шеей, сердцем и душой всё сильнее притягивало его к юному телу. Но страх покуситься на святое, пренебречь законами, которые для Мишеля были важнее всего на свете, из последних сил сдерживал его. Именно страх в пик его страсти заставил этими же нежными руками отдалить Клэр от себя так же быстро и неожиданно, как он приблизил её к себе.

– Приношу вам свои извинения.

– За поцелуй? – застенчиво и нежно улыбаясь, предположила Клэр, ещё чувствуя на своих губах лёгкую пульсацию.

– Il n`y a pas(Конечно же, нет), не за это! За то, что вопреки своему обещанию всё же оставил вас одну среди незнакомых людей.

– Лучше не будем об этом вспоминать. Я не держу на вас никакой обиды или злобы.

– Зато я бесконечно злюсь на себя, потому что даже не могу поквитаться с обидчиком. Этот Коршунов – скользкий и прогнивший насквозь человек. К моему глубокому сожалению, этот… aventurier(проходимец) находится на службе у государя.

– Кстати, как ты думаешь, что так встревожило императора Александра?

Былозаметно, что Мишелю потребовалось время, чтобы обдумать ответ.

– Ничего серьёзного, я полагаю. Наш государь бывает слишком мнителен и практически любого подозревает в чём-то.

– Но в чём можно подозревать меня? – Клэр поразили его слова. – Неужели императору пришло в голову, что я шпионка?

– Я думаю, он просто был не в духе. Его настроение сложно предугадать. И, прошу, дай мне закончить!

Клэр отклонилась назад, чтобы лучше разглядеть Мишеля, сидящего так близко: его красивые тёмные усы, растрепавшиеся пряди волос, прямой нос и глаза, в которых всегда читались уверенность и сила. Она приняла чересчур внимательный вид и, сложив руки на коленях, дала ему возможность договорить.

– Я хочу преподнести тебе подарок, – он потянулся руками к своей груди и стал развязывать белый шарф, обмотанный вокруг шеи. Клэр молча наблюдала за происходящим, прокручивая в голове возможные причины этого жеста. Еще не успев ничего сообразить, она заметила, как он бережно снял со своей груди какой-то кулон. Тогда, у озера, Клэр заметила что-то блестящее на его теле, но в смущении отвернулась, не успев рассмотреть предмет внимательнее.