Книга Талисман прошлого "Тайна императоров", страница 190 – Ксения Холодова

– Яснее ясного. – ответила она твёрдым голосом, пытаясь говорить, как юноша и подражать его армейской суровости.

– Помоги ей господи. – Степан Аркадьевич перекрестилсятри раза и приковал глаза к иконе, стоящей на невысокой полочке в углу. – Нам надобно выдвигаться. Я купил с твоих денег нам двух коней и припасов в дорогу. Остаток я приберегу для твоих нужд, если тебе так будет угодно. – Клэр одобрительно кивнула, привязав к поясу ташку и взяв, лежащий на кровати кивер с золотым двуглавым орлом в центре.

«Как Степан Аркадьевич ориентируется в нашей дороге? Темно, заснеженно, благо что нет метели. Мы едем мимо каких-то полей и станций без карт и навигатора. Что за люди.», эта мысль терзала Клэр в течение всего пути. Она оглядывалась по сторонам в попытках разглядеть хоть какой-нибудь признак цивилизации, но всё тщетно. Ей оставалось лишь довериться и следовать за Степаном Аркадьевичем. Дорога была долгой, а признаки усталости стали появляться уже спустя час медленной езды. За плечами Клэр оставались известный ей Петербург и жизнь, к которой она уже успела привыкнуть. Всё реже она вспоминала о попытках вернуться в своё время, потому как это, уже безвозвратно затянуло её. Появились первые болевые ощущения в пояснице и суставах. В зимней одежде держаться на коне ещё сложнее, чем когда-либо. Несмотря на это, она понимала, что теперь конь и седло должны стать её лучшими друзьями, ведь она гусар, а для гусара не может быть ничего важней коня да сабли. Конечно же, она не сказала об этом Степану Аркадиевичу, потому как иначе он бы в тот же миг вернул её назад.

На середине пути Клэр стала сомневаться в правильности и безопасности своих последних действиях. Чувство слепой эйфории постепенно угасло и на смену ему пришёл страх. Гусарский мундир был её черепашьим панцирем, в который она забралась в надежде укрыться от всех.

– Как долго нам предстоит ещё ехать?

– Достаточно долго, чтобы по приезде свалиться без сил и тут же уснуть.

– Боюсь, что сразу уснуть у меня не получится. К армейской жизни ещё стоит привыкнуть.

– Отряд, да и полк в целом у нас чудесный, спору нет. Молодёжь в присущей им манере посещают светские рауты, играют в клубах, собираются у друг друга на квартирах и волочатся за дамами. Не знаю таких, кто бы понапрасну подстрекал к чему-то аморальному или вызывал ярую вражду. Ты запросто подружишься с ними, только умоляю, не забывай свой секрет и лишний раз не ходи вместе в баню или иные места, где естьриск твоего разоблачения.

– Буду вести себя, как сдержанный юноша. Это же неплохо, верно?

– Что именно?

– Быть сдержанным?

– По мне, так это лучший вариант. Если компания молодёжи сочтёт тебя скучной, то как можно меньше ты будешь находиться с ними и тем больше будешь у меня под присмотром. – Клэр с облегчением выдохнула, и не заметила, как сделала это вслух.

– Кто я теперь?

– Я долго думал над этим и пришёл к выводу, что лучше пусть имя у тебя будет взаправдашнее, а не то ненароком представишься ещё каким князем. Далеко отсюда в Волынской губернии проживают мои дальние родственники, кузина по линии отца моего. У ней есть сын примерно твоих лет. Прежде он, насколько мне известно, поступал на службу уланом, но… полагаю, что никто кроме нас двоих да его родни об том не знает. Назовёшься его именем, Константином Фёдоровичем Ефременко. Из улан ты решил перевестись в лейб-гвардию гусарский полк и отныне нести службу в Петербурге. По дороге у тебя украли документы, поэтому потребуется помощь штаба и время, чтобы их восстановить.