Книга Тайна двух императоров, страница 200 – Ксения Холодова

Степан Аркадьевич встал с кровати и снова взволнованно зашагал по небольшой комнатке, минуя потемневший от времени комод и стоящую на виду ночную вазу.

– А как, позволь узнать, ты планируешь прятать свою… – он указал на грудь и всё то, что делало её женщиной.

– С этим не будет проблем. Поверьте, это куда лучше, чем корсеты, – она издала печальный смешок, чем вызвала строгий взгляд Степана Аркадьевича.

– А коль узнают? Что тогда?

– Я сделаю всё, чтобы не узнали, но понадобится ваша помощь.

– Хорошо, – сказал он так, словно у него не было другого выбора, – но знай, что Бог меня точно за это покарает, помяни моё слово! Пойду, упрошу, чтобы нашли добротного портного. Мундир шить – задача не из лёгких, но, полагаю, если прибавим пару рублей сверху, то поторопятся и сошьют за пару деньков. – Он направился к двери и уже у самого выхода сказал: – Я тебе там всё для умывания принёс. Зеркала не нашлось, зато для расчёсывания всё на месте.

– Спасибо, – ласково ответила она, тронутая заботой Степана Аркадьевича.

Дождавшись, когда он наглухо закроет за собой дверь, Клэр тихо встала с кровати, словно боясь кого-то потревожить. Её болезненное тело за пару шагов преодолело расстояние от кровати до небольшого столика, на котором стоял маленький поржавевший таз, кувшин с водой, серая хлопковая салфетка и льняной свёрток. Вода щипала её сонные глаза и постоянно текла мимо прямиком на пол. В конце умывания под ней оказалась небольшая лужа, которую она небрежно растёрла ногой.

Без зеркала Клэр не видела, что происходит с её волосами, но по спутанным и немного грязным прядям можно было сделать соответствующий вывод. Она развернула льняной мешочек и обнаружила деревянный гребень и маленькие ножницы.

– Мужчина не может ходить с такими волосами, верно? – спросила она себя, уверенно схватившись за ножницы.

Она попрощалась с собой прежней. Со своей красотой. Рыжие пряди стали безжалостно падать на влажный пол. Клэр состригала их, не задумываясь, пытаясь самой для себя казаться храброй и жёсткой, способной на всё, даже расстаться с женской красотой. С каждым состриженным локоном она чувствовала внутри прилив сил. Казалось, что под маской мужчины она теперь неуязвима.

Степан Аркадьевич, внезапно зашедший в комнату, увидел перед собой худую и бледную девушку; рыжего воробушка с криво остриженными короткими волосами. Лишь немного наивный блеск в глазах мог выдать в ней женские черты. Он грустно поджал губу, но всё же одобрил этот поступок.

– Давай-ка лучше я, – сказал он и протянул жилистую руку, требуя ножницы.

Запрокинув голову, Клэр стала его разглядывать. У Степана Аркадьевича было вытянутое смуглое лицо с высокими скулами и немного кривым носом. Каштановые волосы с редкой сединой небрежными прядями переходили в мягкие и короткие бакенбарды, напоминающие перистые облака. Бархатные карие глаза всё время щурились, прячась за густыми ресницами. Под нижними веками были мешки, добавлявшие ему лишние пару лет, а на левой щеке можно было рассмотреть маленький белый шрам.

– Ещё раз спасибо вам. Не знаю, что бы со мной сталось, если бы не вы. Ваш риск делает меня вечной должницей.

– Ничего ты мне, голуба, не должна, – сказал он так, словно огорчился от её слов. – Возможно, если бы не женская, сердечная доброта, проявленная там, у Петропавловской крепости, я примирился бы со своей совестью и смог со спокойной душой ответить отказом.