Книга В плену романа, страница 45 – Ракель Арбетета

– Это золото – то, за чем они все охотятся, – говорит Сэмюэль, его взгляд прикован к Китти. – Все, кроме нее.

Я тоже смотрю на нее, а затем поворачиваюсь обратно к Сэмюэлю. Его голубые глаза более темного оттенка, чем у Джорджа и Китти. Они более… глубокие. Глаза у сладкой парочки ничего не скрывают, все на поверхности. Однако когда я смотрю на Сэмюэля, то не так-то просто понять, что скрывается за этим взглядом. Одни лишь гипотезы без ответов.

Но это никогда прежде меня не останавливало.

Когда он наконец вновь поворачивается ко мне, в голову приходит лишь один вопрос:

– Вы влюблены в мисс Реммингтон?

То, как вытягивается его лицо, вызывает у меня смех.

– Вы что, издеваетесь?

– А что? – спрашиваю я, все еще смеясь. – Вы так на нее смотрели…

– Я не влюблен, – рычит он. – Ни в нее, ни в кого-либо еще. – Он опять хмурит брови. – Она мне просто приятна. Она… Она была очень добра ко мне.

Я закатываю глаза.

– Конечно, была. Китти мила со всеми.

– Да. В отличие от некоторых других дам.

Я возвращаю ему хмурый взгляд.

– Я милая.

Он фыркает.

– Со мной – нет.

– Исключительно потому, что и вы ведете себя нелюбезно по отношению ко мне.

– Разве? Я пригласил вас на танец.

– Да? И что? – Я складываю руки на груди. – Теперь я в долгу перед вами за этот великий жест щедрости? Уверена, вы сделали это только потому, что вам было скучно.

И вместо того, чтобы все отрицать, Сэмюэль бормочет, соглашаясь:

– А почему это плохая причина?

– Ну уж точно не хорошая!

– В любом случае не стоит додумывать намерения других людей, – говорит он, игнорируя меня. – Если вы продолжите полагаться на свои догадки, мисс Лабби, то, скорее всего, в итоге окажетесь в проигрыше.

– Может быть, – признаю я, – но это то, на чем я должна сосредоточиться в этом сезоне: попытаться разгадать истинные намерения людей. Какими бы они ни были.

Только так я смогу поймать убийцу.

– И как продвигается ваша миссия? – Сэмюэль выгибает бровь. – Есть успехи?

– Я все еще здесь, Китти тоже. Королева высокого мнения о ней. Так что я бы сказала, что да. Пока что мне сопутствует удача.

– Надеюсь, она не иссякнет, – бурчит он.

– Да, – признаю я, – я тоже на это надеюсь.

Наконец-то я добилась того, что он начал говорить по делу.

Сэмюэль не ненавидит Китти. Он проводит свое время, контролируя (и защищая) жизнь Джорджа. Он следит за тем, чтобы все происходило, пункт за пунктом, как в романе.

Он не похож на убийцу, но, возможно, он такой же читатель, как и я.

Это всего лишь гипотеза. Основанная на догадках, как правильно сказал сам Сэмюэль. Однако есть в нем что-то такое, что с самого начала зародило во мне подозрения. Вот бы мне проверить, есть ли у него родинки, как у меня…

Насколько мне известно, у него их нет, по крайней мере, на открытых участках кожи. Увы, их не так уж и много. Я никогда не видела его без перчаток, он всегда носит закрытый черный костюм и белый галстук. На его (самодовольном) лице нет никаких отметин. Хотя это, конечно, не исключает наличия таковых на теле.

– Вы собираетесь и дальше так таращиться на меня, мисс Лабби? – спрашивает он, не отрывая взгляда от Джорджа и Китти, которые продолжают разговаривать. – Вы начинаете пугать меня.

– Не пугайтесь, – отвечаю я. – Я просто кое-что проверяла.