Книга Райские птицы, страница 105 – Анастасия Вронская

Радан, усмехнувшись, слегка склоняет голову набок, его глаза становятся прищуренными, будто бы он наслаждается каждым мигом моего любопытства.

– О, я гораздо больше знаю, чем ты думаешь, – отвечает он наконец, его голос мягок, но с ноткой едва скрытой насмешки. – Я ведь тоже читаю, Веста. И иногда читаю даже больше, чем следовало бы. В этой маленькой, забытой Богами библиотеке не осталось страницы, которую бы я не прочел. Но вот незадача: я знаю, где находится то, что тебе нужно.

В его личном архиве. Ну конечно, мерзавец! Я сжимаю губы, чувствуя, как неприятная дрожь проходит по спине. Радан ведет себя так, будто знает все мои тайные желания, и этот холодный расчет в его глазах только усиливает ощущение уязвимости. Он выглядит так, будто считает этот разговор игрой, где ему известны все ходы заранее.

– Ты ищешь правду, – продолжает он, его голос звучит спокойно, но в нем угадывается что-то ледяное, – ту правду, которую никто не знает. И я могу помочь тебе найти ее. Скажем, те летописи, которые лежат в моей спальне. Разве это не то, что ты хочешь, – узнать о настоящей себе?

Радан смотрит на меня с каким-то странным сочетанием вызова и ожидания, словно ждет, когда я скажу что-то важное, что станет ключом к нашему дальнейшему взаимодействию.

– Почему ты готов помочь мне? – спрашиваю я, напряженно всматриваясь в его лицо, пытаясь понять его истинные намерения. – Ведь ты мог бы просто наблюдать, зная, что мне никуда не деться.

Радан чуть улыбается, эта ухмылка больше напоминает мне хищный оскал. Он вытягивает ноги еще больше, словно подчеркивая свое полное владение ситуацией, и, глядя на меня, говорит:

– Потому что я не просто наблюдатель. Я игрок, Веста. Играю на доске, где каждый ход имеет значение. Если Рион – это просто облик, то ты, птичка, можешь стать чем-то большим. Тебе не обязательно быть моей союзницей – просто не быть врагом уже достаточно.

– Ты только что просил об ином.

– Верно, – довольный моей внимательностью, кивает Радан, – назовем это услугой.

Он наклоняется чуть ближе ко мне, и я ощущаю его присутствие как осязаемую тень. Он тянется к поясу, и вдруг передо мной оказываются красные бусы, перламутрово мерцающие в свете свечей. На мгновение меня охватывает удивление, я даже не сразу понимаю, что он держит их передо мной, предлагая принять.

– Красный жемчуг. Редкий, – шепчет Радан, его голос почти ласков, но с той же ноткой скрытой игры. – Пусть это будет знаком нашей… договоренности. Я знаю: тебе нужно многое узнать, и возможно, однажды ты поймешь, что наш союз может принести больше пользы, чем вреда.

Я смотрю на бусы. Они играют на свету, работа столь тонка и изящна, что нет сомнений в безмерной ценности дара, но он как знак, как немая метка, что я приняла его предложение. Внутри все кричит: «Не принимай, швырни их ему в лицо!» И все же стать частью его игры означает выиграть в моей, найти ответы на вопросы.

Вместо того чтобы просто протянуть мне бусы, он медленно поднимается и подходит ближе, почти касаясь моего плеча. Я чувствую его тепло, его дыхание, когда он бережно, но уверенно опускает бусы мне на шею. Его пальцы касаются моей кожи, и от этого прикосновения по телу пробегает дрожь. На миг наши глаза встречаются, и я вижу в его взгляде нечто большее: смешение силы, уверенности и, возможно, даже тени любопытства.