Книга Книжная волшебница. Жить заново, страница 89 – Лариса Петровичева

– Слушай, это не просто цифры, это расчеты, – произнес Берн. – Что за книга была?

– Алхимия в здравоохранении, – ответила Эльза. Берн угрюмо качнул головой.

– Надо показать доктору Аргусу, он у нас алхимик, и скажет точно. Но мне не нравится восходящий угол, – Берн указал на одну из строчек. – Очень не нравится. Потому что…

Он не успел договорить. Академия содрогнулась, словно хотела что-то сбросить с себя, под ногами разверзлась трещина, и Эльзу сбросило вниз, в дымящуюсятьму.

***

– Держись! Эльза, держись!

Только тогда Эльза поняла, что вцепилась пальцами в какой-то каменный выступ – и откуда она тут только взялась, эта грубая кладка из старого рыжего кирпича?

Смотреть вниз было страшно – оттуда веяло тьмой и огнем, оттуда тянулись невидимые пылающие руки, и человек, который повис над бездной, был для них желанным лакомством.

Что-то новое в общем магическом поле академии. Источник… но чего? Сейчас Эльза чувствовала его всем телом, всей душой, ловила каждый прохладный поток, который сменялся пробирающим до костей жаром, и молила только об одном – не разжать сведенные болью пальцы, не рухнуть в пустоту.

Она посмотрела вверх и увидела перекошенное ужасом лицо Берна. В руках лорда-хранителя библиотеки крутилось что-то, похожее на золотую петлю, и длинная сверкающая веревка вытекала прямо из груди Скалпина, из красного пятна на рубашке.

– Держись! – крикнул Берн, и петля упала вниз как раз в тот момент, когда Эльза все-таки не удержалась.

Жар был таким, что ей показалось, будто плоть обугливается и сгорает. Петля обхватила ее за талию – Эльза повисла над пропастью и вдруг уловила знакомый травянистый запах.

Как ни странно, именно сейчас она смогла оглядеться. Провал, в который рухнула Эльза, был похож на слоеный пирог: вот кирпичный слой, вот что-то похожее на серые плиты песчаника, а вот и гранит, уходящий вниз, к огню. И на всем, буквально на всем были мутно-голубые полупрозрачные капли вещества, похожего на синдский опал – на весеннем балу леди Кристина Ронтор хвасталась удивительной красоты колье из таких камней, а Лионель тогда сказал, что обязательно купит Эльзе такие же, потому что его любимая жена достойна самого лучшего.

Не купил. Или же купил – но не Эльзе.

– Берн… – Эльза хотела закричать, но с губ сорвался только шепот. Далеко впереди мелькнуло лицо Берна – белое, безжизненное – и Эльза нахмурилась: когда он успел сменить рубашку на эту темную?

Потом она поняла, что это не новая рубашка – Скалпин истекал кровью.

– Держись! – крикнул он, хватаясь за что-то, и Эльзу дернуло вверх. Потянуло вперед, к свету, и тотчас же приложило к стене, сбив несколько мутных капель.

И сразу же стало легче! Ушло жжение, ушла боль, которая наполняла тело, и Эльзу рвануло вверх так, что она стесаларуку о плиты песчаника. Запах крови мазнул по ноздрям и тотчас же исчез, стертый потоком травянистого духа.

На мгновение Эльзе показалось, что пропасти нет, что она лежит на весеннем цветущем лугу, а над головой проплывают кудрявые барашки беспечных майских облаков. Зима ушла и никогда не вернется – там, в мире, откуда шел этот аромат, была только весна, переходящая в лето, а осени отводился только день.

– Держись, тяну! – донеслось откуда-то издалека, и Эльзу снова рвануло вверх. Берн вытягивал ее из пропасти и машинально, вновь повинуясь тому чувству, которое когда-то заставило ее убрать в карман листок с цифрами, Эльза сгребла в горсть несколько капель.