Книга Развод по-попадански, страница 77 – Ива Лебедева, Ирина Смирнова

Девочка сидела на ковре и тихо играла со своими тряпичными куклами.

– Мама! –При виде меня ее лицо озарилось улыбкой.

– И что у них тут происходит? – спросила я, опускаясь рядом с ней на ковер.

– Они ссорятся, – сообщила Лора, хмурясь. – Очень громко. Потому что одна все время убегает, а другая злится.

– А давай их помирим? – предложила я. – Придумаем, как они могут вместе построить домик. Из чего мы его построим?

Мы принялись сооружать убежище для кукол из всего, что нашлось в комнате. Я рассказывала Лоре сказку о храбром мишке, который защищал свой дом от злого ветра. Марта, появляясь и исчезая, накрывала на стол в соседней гостиной, бросая на нас спокойные, одобрительные взгляды.

Ужин прошел в странной тишине. Моран сидел во главе стола, погруженный в свои мысли, изредка бросая на меня тяжелые взгляды. Лора клевала носом над тарелкой.

– Пойдем, солнышко, спать, – подняла я ее, когда она почти заснула, уткнувшись носом в кашу.

Уложив Лору в кровать, я спела колыбельную, которую помнила из своего детства, и сидела рядом, пока дыхание девочки не стало ровным и глубоким.

Марта, заняв место в кресле у кровати с вязанием в руках, кивнула мне:

– Я посижу с ней. Идите.

Выйдя в коридор, я обнаружила Морана, прислонившегося к стене напротив. Он ждал. Его поза, скрещенные руки и опущенная голова выдавали внутреннюю борьбу. В его взгляде я заметила бурю, приправленную тяжелым раздумьем.

Оттолкнувшись от стены, он сделал шаг ко мне и, не говоря ни слова, обнял. Нежно, но крепко. Его подбородок уперся мне в макушку. Я обняла его в ответ, уткнувшись лицом ему в грудь.

Это не было любовной лаской. Скорее очередное подтверждение перемирия. Признание нашего безумного, шаткого союза. Признание той бури, что бушевала между нами, и того, что мы по какой-то неведомой причине нужны друг другу. Временно… Временно же?

Закрыв глаза, я позволила себе несколько секунд просто стоять так, чувствуя его тепло и слушая, как бьется его сердце.

Завтра – интриги, опасности и неразрешенные вопросы. Но сейчас, в темноте чужого коридора, была только тишина и объятия.

Чуть отстранившись, Моран взглянул мне в лицо. В полумраке коридора его карие глаза казались бездонными.

– Ты знаешь, – произнес он тихо, – я не умею делать вид, что ничего не произошло. И не хочу.

Я промолчала. Слова были лишними. Все, что нужно, мы уже сказали– и в гневе, и в страсти, и в тишине.

– Пойдем, – осторожно высвободилась из его рук. – Нам нужно отдохнуть.

Мы легли по разные стороны огромной кровати, но сейчас расстояние между нами казалось несущественным – будто невидимая нить всё равно связывала нас, несмотря на все барьеры.

Утром невидимая нить притянула нас друг к другу. Проснулась я уткнувшись лицом в шею Морану, а его рука тяжело лежала на моей талии. Временное перемирие, достигнутое на гормональной почве.

Осторожно, чтобы не разбудить, я выскользнула из-под одеяла. Воздух в спальне был прохладным, да и не хотелось рассекать голышом в квартире, где есть еще люди. Накинув на плечи первое, что подвернулось, – мужскую рубашку, – я босиком вышла в коридор.

Туалетная комната оказалась роскошной: с медными трубами и почти обычной, просто медной ванной. Обнаружив знакомые вентили и лейку, я не смогла сдержать счастливой улыбки. Чудо местного инженерного гения! Неудивительно, что струями горячей воды я наслаждалась, совершенно не следя за временем, старательно смывая с себя последние напряженные дни.