Книга Развод по-попадански, страница 36 – Ива Лебедева, Ирина Смирнова

За это время надо морально подготовиться к побегу, причем второму подряд! Вот же ирония судьбы… Главное – не убиться, как Джелика во время первой попытки.

Эвакуироваться лучше чуть раньше, чем мы окажемся в порту. Юнга упоминал, что сначала корабль зайдет в техническую бухту, где простоит полдня… я не очень поняла зачем, да и не интересовалась. От этой бухты до столицы по морю еще несколько часов, пешочком по берегу будет дольше, но… справлюсь. Если исчезнуть именно в этот момент, причем так, чтобы не сразу заметили, у меня хорошие шансы раствориться с концами. Пойди найди одну ничем не примечательную девицу в огромном городе!

Тем более что в лекарни или богадельни я не пойду: деньги есть, сниму комнату, огляжусь, сориентируюсь… и попытаюсь выудить из памяти Джелики, где же мне искать Лору. Она это представляла довольно смутно.

Но в моей голове мелькали воспоминания про какую-то Гончарную Слободку. Вроде как не самый лучший район столицы, но относительно приличное место, ремесленный квартал. Дом из старого розового ракушечника, с затейливым балкончиком.

Джелика проводила там все отведенное ей на общение с девочкой время и каждый раз плакала, уходя и оставляя Лору. Плакать я не привыкла, зато влезть на балкончик, скорее всего, сумею. Мне же не ради любопытства, мне ребенка надо спасать!

И вдруг я вспомнила, что в котомке Джелики, кроме женских мелочей типа расчески, шпилек и ниток, лежали скрученные в тонкий рулончик листы бумаги. Я была убеждена, что это какие-то документы, удостоверение личности или нечто типа того.Даже не разворачивала их. Но тут прям до зуда захотелось достать, развернуть и посмотреть, что же это такое.

Утро началось с ядов. В прямом смысле.

За завтраком капитан Ларсен, хмурясь, пробормотал что-то о некачественных консервах и расстройстве желудка у пары матросов. Я машинально, наслаждаясь мягким сочным омлетом, буквально тающим во рту, заметила:

– Судя по симптомам, больше похоже на мышьяк. Слабая концентрация, конечно, не смертельная, но весьма неприятная. Его часто в портовых складах используют против крыс. Могли и в бочку с солониной просыпать по недосмотру.

В кают-компании воцарилась тишина. Все взгляды устремились на меня. Младший из старпомов даже поперхнулся чаем.

Моран, сидевший напротив, медленно опустил свою ложку. Его карие глаза сузились, превратившись в две щелочки.

– И откуда у вас, мисс Джесс, такие познания о жизни на портовых складах? – мягко спросил он. – И о симптомах мышьяка?

Я с невинным выражением лица спокойно встретилась с ним взглядом, мысленно ругаясь круче хирурга после операции. Вот кто меня за язык тянул?!

– Про портовые склады – логичный вывод, ведь точно так же действуют на всех складах, где встречаются крысы. А насчет мышьяка… Чтобы лечить отравление, нужно знать, чем именно отравились. Например, после слабого раствора мышьяка прекрасно помогает крепкий черный чай и активированный уголь.

Я медленно отхлебнула свой чай, намекая, что разговор закончен. Но Моран не унимался.

– Считается, что лучший яд – безвкусный и не имеющий запаха. А вы как думаете?

– Лучший яд – тот, который имитирует обычную болезнь. – Естественно, я не смогла удержать язык за зубами. – Например, некоторые растения вызывают симптомы, неотличимые от воспаления легких. А тот же мышьяк можно легко обнаружить, если знать, как искать.