Книга Развод по-попадански, страница 31 – Ива Лебедева, Ирина Смирнова

– Знаю, – перебил Моран – мягко, но настойчиво. – Но там нет тяжелых, иначе за тобой бы уже послали.

– Извини. – Он мог говорить что угодно. Но даже после оглушительного секса, когда я расплылась в лужицу, профессиональная деформация оказалась сильнее. – Я обязана проверить. Раны бывают разные, в том числе и обманчиво-нестрашные.

Моран нахмурился. Он явно не привык, что женщины с ним спорят, особенно в таких обстоятельствах. Но прямо сейчас мне было все равно. Адреналин схлынул, оставив усталость и понимание, что впереди – тяжелая работа.

Следующие два часа слились в карусель разной степени колото-резаного и даже огнестрельного. Моран был прав: тяжелых не было. Были убитые… но и легких ранений хватило, чтобы, когда я закончила, не чувствовать ни ног, ни рук.

Вот бы сейчас умыться… смыть с себя кровь и хоть ненадолго убежать от этого кошмара. Мне ведь теперь надолго работы хватит: перевязки, швы снимать, следить, чтобы не началось воспаление.

Именно этот момент герцог выбрал, чтобы довольно бесцеремонно подхватить меня на руки:

– У тебя со сменой одеждой как?

– Юбок целых две, – хмыкнула я, расслабляясь в его объятиях. – А с остальным напряженно.

– Понятно, наденешь мое, – совершенно спокойно резюмировал он, направляясь к трапу.

Капитан Ларсен, уже с перевязанной головой, увидев нас, лишь молча махнул рукой в сторону шлюпки. Часть матросов, те, что избежали ранения, не дожидаясь моего отплытия, уже сигала голышом в воду прямо с нижней палубы.

Весла коснулись воды, и мы оттолкнулись от борта. Греб Моран, его мышцы напрягались под мокрой от пота рубахой. Я сидела напротив, сжимая в руках его сумку с чистой одеждой, и смотрела, как корабль – израненный,но непобежденный – медленно удаляется.

Берег встретил нас тишиной и пьянящим ароматом цветущих растений. Песок был теплым и мягким под босыми ногами. Несколько шагов через песчаные дюны, уединенное место и… пресное озерцо, где у дальнего берега явно бил родник. Отлично! А то купаться в соленой воде можно, только потом эту соль тоже не мешало бы смыть.

Мы молча разделись и вошли в воду. Она была прохладной, чистой, смывая с кожи кровь, пот и следы страха. Мы помогали друг другу смыть засохшую кровь со спины и плеч. Пальцы Морана оказались удивительно нежными… Особенно когда с омовения плеч он перешел к моим бедрам.

А потом я распустила косу, и волосы рассыпались по спине шелковистым плащом. Закрыв глаза, занырнула, чтобы сразу намочить его весь, целиком, и тут же вынырнула. Волосы, правда, стали раза в три тяжелее. Я ощущала себя русалкой, уже выбравшей себе жертву, чтобы утащить с собой на дно. И кажется, поняла, почему они сами вечно живут под водой – с таким-то грузом на голове!

Краем глаза заметила, как Моран, замерев, наблюдает за мной, любуется струящимися по моей спине темными прядями. Он сделал шаг вперед и осторожно, почти с робостью, прикоснулся к моим волосам, подхватив тяжелый локон.

– Позволь… – Его голос прозвучал едва слышно.

Чувствовалось, что мое шелковистое богатство произвело впечатление. Неожиданно он принялся бережно мыть мне голову, излучая прямо благоговейный восторг. Очень захотелось съязвить или ляпнуть какую-то глупость, чтобы разбить повисшую между нами хрустально-звенящую идиллию. Прямо «Голубая лагуна», черт побери!