Книга Между драконом и честью, страница 11 – Мария Карела

В его словах была пугающая правда. Я кивнула, не зная, что сказать.

— Литания! Крей зовёт, нужна помощь с огромной тыквой на восточном крыльце! — донёсся голос Банни.

— Спасибо, что поделился, — я собралась уйти.

— Я рассчитываю, что ты меня не сдашь. Конечно, я студент академии, и никто не может силой забрать меня отсюда, если это не моё желание, но и смотреть в глаза рыдающей матери и слушать вопли отца тоже не хочется. Пусть думают, что я увлёкся невестой, и мне не до семьи. А если моя несостоявшаяся невеста лжёт им, то у меня ещё больше времени, — он хмыкнул.

— Я слишком люблю маму, — я покачала головой. — Я б не смогла причинить ей боль.

— Я тоже люблю родителей. Но моя жизнь — это моя жизнь. Я хочу научиться вплетать древние руны в современные заклинания, а дома все думают, что это блажь.

— Сочувствую… Я никому ничего не скажу, обещаю.

— Спасибо, — он кивнул, явно расслабляясь.

Я и правда не собиралась его сдавать, но не могла теперь отделаться от мысли, что я тоже в той же самой академии. Если не вылететь за неуспеваемость, то никто не может уже меня отсюда забрать. А после трёх курсов можно остаться в магистратуру, а там и преподавать… И быть вне досягаемости от любых чужих планов.

Идея показалась мне невероятно сладкой. Особенно когда я увидела, как Стеша снова отшивает Кристофа, пытающегося всунуть ей розочку.

Зависть и ревность снова захлестнули меня, хотя логика твердила где-то в глубине сознания, что мне дракон и не нужен!

Я прошла мимо сладкой парочки, задрав подбородок. У меня есть дела поважнее!

Последние часы перед праздником тянулись долго. Академия замерла в предвкушении. По длинным коридорам, обычно оглашаемым лишь звонкими шагами студентов и болтовнёй, теперь плыли ароматы корицы, печёных яблок и дыма от костров, что уже начинали разводить на площадях. Гирлянды из засушенных листьев, ягод и волшебных огоньков, которые Банни и Лориэль так ловко развесили, мерцали под потолками, отбрасывая на стены причудливые танцующие тени.

Я обходила главную площадь, проверяя последние детали. Крей заканчивал расставлять светящиеся тыквы — целое войско ухмыляющихся и подмигивающих стражей праздника. Его спокойная уверенность действовала на меня умиротворяюще.

— Кажется, всё готово, — сказал он, осматриваясь. — Куда этот ящик с яблоками?

— К центральному костру отнеси, запечём ночью, — кивнула я, чувствуя холодок ответственности.

Крей с лёгкостью взвалил на плечо тяжеленный ящик и направился к кострищу.

Мой взгляд скользнул к фонтану, где Кристоф с восторженным видом помогал Стефании оттачивать сложное пассажное движение шпагой. Моё сердце, обычно готовое болезненно сжаться каждый раз, когда я видела внимание Кристофа к Вайоленс, на этот раз лишь спокойно и ровно забилось в груди. Слова Лориэля эхом отдавались во мне:«Иногда самый добрый поступок — это уйти, каким бы болезненным он ни казался». Он был прав. И, кажется, я тоже сделала свой выбор. Я останусь. Не ради призрачной надежды на внимание Кристофа, а ради магии, ради Академии, ради себя самой.

В этот момент из-за угла библиотечного корпуса выскочил Бен, наш однокурсник, вечно перепачканный в саже. Его глаза, ярко-голубые и всегда широко распахнутые, радостно блестели. В руках он сжимал небольшой, причудливо изогнутый медный сосуд, с которого на пол капала маслянистая жидкость цвета угля.