Книга Осень. Кофе. Акварель, страница 63 – Алена Лотос

Когда солнечный диск коснулся темно-синих вод, я вышла из домика, закутанная в плащ и огромную теплую шаль. Не хотелось простыть. Не хотелось показать всем платье раньше времени. Зато очень хотелось заявиться в танцевальный зал самой последней, когда Тео будет нервно ждать меня у окна, предстать во всем блеске меж распахнутых дверей и…

Что будет дальше, я не придумала. То ли Тео уведет меня танцевать. То ли Тео подхватит на руки и поцелует. То ли сразу предложит выйти за него замуж и навсегда стать его дамой. Каждая фантазия была безумнее предыдущей, и я летела вперед, подгоняемая ими, окрыленная и влюбленная.

Реальность, конечно, оказалась немного прозаичнее. Я пришла в зал в числе первых. Официанты вместо ужина накрывали столы для традиционного воскресного фуршета.По всей зале носились запахи свежих батонов, мясных нарезок, овощей и легкого игристого. Такие же ранние пташки, как и я, сидели в холле со скучающим видом. Мадам Тильма в ярком Охристом платье металась пожаром по главному зданию. То и дело раздавались ее раздраженные окрики.

Вскоре заскучала и я. Солнце уже село, людей в холле становилось больше, но вечер все никак не начинался. Тео тоже до сих пор не появился. Я украдкой выглядывала из-за чужих спин и присматривалась, вдруг мой кавалер просто не видит меня, сидящую на диване в углу? Но нет… Некоторые фантазии остаются только фантазиями.

А потом мне под руку попалась обычная бумажная салфетка и мир перестал существовать. Карандаш в серебряной оправе материализовался будто сам собой, и я принялась извлекать из девственно-белой плоти дневной облик мадам Тильмы с Симоном на коленях. Она многозначительно поправляла роговые очки и оттого стала похожей на школьного завуча. А довольный хитрый кот тянулся к манящим поиграть кисточкам кресла. Когда холл огласил голос хозяйки, я не сразу поняла, что заговорила не салфетка.

— Дорогие гости, у нас все готово! Пройдемте же в наш любимый зал, для того, чтобы немного подкрепиться и насладиться обществом друг друга. Кавалеры приглашают дам!

Я прикусила губу и подняла глаза. Старушки и старички, мужья и жены, все разбивались на пары и по очереди втягивались внутрь залы. Мадам Тильма с Симоном на руках стояла солдатиком у входа, кивала каждому и ласково улыбалась. С каждой минутой ожидающих в холле людей становилось все меньше. С каждой секундой мое сердце падало в ледяную морскую пучину и отказывалось биться. Тео так и не пришел.

Я поднялась с дивана и часто заморгала. Непрошенные слезы обиды быстро наворачивались на глаза, а я пыталась не дать им испортить мне макияж и вечер. Хрустальные фантазии с хрустом разбивались, словно о бездушный каменный пол. Роза, политая солью, грустно опустила листочки. Мадам Тильма заметила мое смятение и нахмурилась. Глаза под роговыми очками загорелись настоящим огнем. Или то полыхнуло пламя свечи?

Хлопнула входная дверь. Я с надеждой перевела на нее взгляд и обмерла. А потом будто воскресла. Сдирая с шеи полосатый шарф, в холл влетел всклокоченный Тео. Из-под распахнутого плаща выглядывал дорогой синий костюм. Тео, не глядя,побросал верхнюю одежду и стремительно оказался возле меня. Я успела заметить в его Ультрамариновых глазах высшую степень облегчения. Он галантно протянул мне руку и более игриво уточнил: