Книга Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана, страница 257 – Алена Лотос

Снимая обувь, я обнаружила под дверью новый лист бумаги — еще один карандашный рисунок Ариэна. На этот раз он изобразил огромный цветник из садовых роз. Я улыбнулась, отметив, что нужно отправить художнику какой-то ответный маленький подарок, и убрала рисунок в комод, к остальным. Я начала всерьез задумываться о том, чтобы собрать из рисунков небольшой альбом.

В гостиной уже собралась вся компания. Себастьян уютно лежал в ногах у сидящей на диванчике Ингельды, Двестер находился рядом. Парень с девушкой активно о чем-то спорили. Ингельда ворчала, повышала голос и махала на парнишку, тот тоже не оставался в долгу — шипел и подтрунивал над девушкой. Переодевшись, я присоединилась к ним. Обсуждали, оказалось, третий за эти дни подарок от Прута Ингельде. Она краснела, смущалась, но все равно была ужасно польщена и взволнована таким вниманием.

— А что там внутри, вы уже проверили? — спросила я, кивнув на подарочную коробочку. Украшенная вензелями и бантом, она выглядела солидно и дорого. Ингельда отрицательно замотала головой, так, что одна из длинныхкос хлестнула Двестера по лицу.

— Нет-нет, я не хочу, я считаю, что должна вернуть лиджев Пруту этот бесценный подарок и поблагодарить за его щедрость.

— Во-первых, он не лиджев, — прогудел Двестер, загибая палец. Девушка глянула на него грозно, но юный Правитель продолжил. — Во-вторых, ты поступаешь очень неблагодарно. А в-третьих — неужели тебе самой не интересно, что там⁈

— Я все равно не могу принять таких дорогих подарков, я… Двестер! Что ты делаешь!

— Поздно, я уже открыл.

Наглый и привыкший к тому, что ему все позволено, этот молоденький лиджев все-таки дотянулся до коробочки, развязал все ленты и явил подарок зрителям. Сперва мы почувствовали дивный запах сушеных цветов и ягод. Потом на свет показался маленький чайный набор в баночке из настоящего стекла. А когда Ингельда, не утерпев, раскрыла маленький кулечек, аж взвизгнула от восторга. Я тоже посмотрела внутрь. Там лежал блестящий сахар в виде маленьких кубиков.

— Это что, сахар? Настоящий? Его же везут с самих Тиффалейских островов! Я возьму кусочек. Но только один! — и выхватив кубик из кулька, девушка начала грызть его с такой силой, что рисковала поломать себе зубы. — Невероятно вкусно!

Заметив мой пораженный взгляд, Ингельда смутилась. Потерла нос, догрызая сахар, не в силах спрятать довольное выражение лица. Потом решилась открыть стеклянную баночку с чаем, едва касаясь его подушечками пальцев. Втянула полной грудью чудесный запах и совсем разомлела. Мы с Двестером только переглядывались и улыбались.

— Нам по статусу не положено пить заграничный чай… — сконфузилась служанка от наших смешков. — Ну и у отца нет таких денег. Лиджев Прут невероятно щедр и обходителен!

— Но он не лиджев! — снова возмутился Двестер

Однако Ингельда уже ушла на кухню, прижимая к сердцу подарки. Ей не терпелось все попробовать. Двестер шепнул мне так, чтобы девушка не слышала:

— Предыдущие два подарка она вернула. Сейчас, наверное, жалеет.

— Наверняка.

Мы с учителем тоже пошли на кухню и расположились за небольшим обеденным столиком, служившим нам с Двестером еще и учебным столом. Пока есть время, нужно потратить его с умом. Впрочем, Ингельда управилась с завариванием чая достаточно быстро, мы едва успели прочитать простенький диалог. Радовало, что прогресс есть и он идет достаточноуверенно.