Книга Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана, страница 131 – Алена Лотос

— Прошу меня извинить, нужно поприветствовать мика́рли [7: Мика́рли — матушка (мет.)], — незамедлительно объявил я друзьям. Ману и Тибу согласно закивали и лишь Сигни, в свойственной ему надменной манере, хмыкнул:

— Ну, беги, «сыночек»!

Бросив неприязненный взгляд в сторону озирающегося Сигни, я направился к дверям, возле которых уже теснились гости выставки. В самом центре, впитывая внимание, интерес и любовь, находилась роскошная Авия Силента. Ее мягкие каштановые волосы были уложены в сложную высокую прическу, украшенную гребнями и нитками жемчуга. Черное платье, подобающее Воплощающей Землю, расшито тонкими белыми кружевами мастериц Дри́кстона и золотыми вставками. На шаг позади держался напомаженный и немного усталый помощник — Камор Зафар, личность, о которой выпускницы Академии слагали романтические легенды. Его черный костюм также был в полном порядке в соответствии с модой и этикетом. По залу тут же прокатился вздох восхищения, и юные девы начали протискиваться сквозь гостей поближе к предмету своего обожания. Заприметивший эти неловкие движения Друид повеселел, ухмыльнулся и подмигнул одной из красавиц. Та чуть не схватилась за сердце. Я отвел взгляд — не любил, когда Друиды ведут себя так неподобающе своему положению и требованиям целибата.

— Кхафта́р [8: Кхафта́р — букв. Госпожа (двир.)]. Я очень рад вас видеть! — легко поклонившись, я коснулся губами предложенной ладони. Авия Силента улыбалась покровительственно, в глубоких карих глазах светилось дружелюбие. И ведь не скажешь, что эта женщинауже давно разменяла шестой десяток, настолько она умела себя подать.

— Мой дорогой друг, я не могла пропустить первый день Летней выставки! — произнесла Друидка глубоким чувственным голосом. — Но, вам не стоило ради меня бросать своих гостей и друзей. Возвращайтесь же к ним! Мы с Камором сможем сами о себе позаботиться.

Я попытался возразить, но не смог противиться твердому «не спорь». Сердце потребовало разыскать Оливию, давно пропавшую из поля зрения. Ловко отбившись от пары назойливых покупателей и одного художника с учеником, я пошел по зале в поисках своей невесты. Но взгляд вдруг выхватил из толпы незнакомую черноволосую девушку. Одетая в зеленое платье неместного кроя с простецкими деревянными украшениями и странными затемненными очками — она просто не могла тут находиться! На самую масштабную выставку этого лета можно было попасть только по заранее заготовленным спискам и именным билетам. Посторонних тут быть не могло. И это явно просчет в организации. Тем не менее, неизвестная с большим интересом рассматривала одну из картин, изображавшую мою невесту. В обнаженном виде. Оливия настояла на том, что эту картину должны видеть — и пусть эти ханжи сами гадают, где на картине правда, а где — фантазия!

— Лиджев Аваджо, — она начала разговор первой, едва только я подошел, — У вас невероятно красивая… Техника исполнения, — теперь она повернулась и сквозь непроницаемые очки, вероятно, смотрела на меня, — И ваша невеста недурна.

— Покорнейше благодарю, — слегка поклонился, коснувшись груди. — Полагаю, мы незнакомы…

— Отчего же? — загадочно улыбнулась девушка, не отвечая прямо на вопрос. — Я в городе проездом. Асмариан кипит новостями о грядущей свадьбе и выставке лучшего художника всея Орейума, чью руку направляет сама Богиня. Я просто не могла не заглянуть.