Книга Рождение Чарны. Том 1. Шпионы Асмариана, страница 126 – Алена Лотос

— Это все не то! Я не могу это сделать! О помоги мне, дай мне увидеть тебя! Я достоин, достоин этого! Помоги же мне!

Я не двигалась с места, продолжая удерживать ладонь на кубе. Теперь соседство с этим парнем казалось по-настоящему опасным. Наверное, не стоит его провоцировать. Лучше прикинуться, что меня здесь вообще нет.

Изорвавв клочья многострадальный холст, художник начал озлобленно озираться. Его взгляд беспокойно блуждал по комнате, не цепляясь ни за какие предметы, пока вновь не наткнулся на мольберт. В этот раз он резким движением с грохотом повалил его на пол и, взяв тюбик с голубой пастой, начал прицеливаться в окно. А потом увидел меня. Я старалась не дышать, чувствуя себя загнанной ланью перед грозным шахриматским львом. Мужчина уставился мне в глаза, прожигая зеленым огнем. Я быстро перебирала в уме возможные пути аккуратного отступления. Но стоило только подумать о магии — как меж пальцев заискрилась волшебная энергия и прошибла лед. Крошка от ледяного куба, расщепленного сорвавшимся с пальцев заклинанием, разлетелась по всей зале. Лед будто лопнул, не выдержав магического напора. Художник взревел. И с диким хохотом, запустил краску в мою сторону. Я едва успела увернуться, а помещение уже огласилось яростным воплем:

— Ты гневаешь Ее! Ты гневаешь Богиню! Ты порочишь Ее имя и достоинство своими грязными мыслями!

Широко распахнув глаза от удивления, я сделала пару шагов назад по хрустящему льду и соскочила с постамента. Все это время я старалась четко удерживать взгляд безумного художника, пока он был сфокусирован на мне. Папа рассказывал, что так делали в древности загонщики диких животных. Так опасные хищники чувствовали твердость противника и благоразумно уступали ему. Мужчина не собирался ни уступать, ни отступать. Его зеленые глаза неотрывно следили за моими передвижениями и будто становились еще зеленее от разрастающегося гнева.

— Ты Ее не достойна… — шипел он. — Ты здесь лишняя. Чужая! Они хотят, чтобы ты ушла! Уходи!

Кем были эти «они» и с чего они решили мне приказывать — я абсолютно не понимала. Видимо, мужчина был совершенно безумен и не соображал, что творит. Поэтому я продолжила медленное движение назад, к выходу, в темные коридоры Дома Круга и подальше от сумасшедшего.

— Ах, ты еще и неверная! — вдруг взревел мужчина после короткого задумчивого затишья. — Ты смеешь находится в самом сердце Ее Обители и оскорблять Ее!

И когда я успела?..

Я рванулась к дверям, но художник, оказавшийся достаточно проворным для своей потрепанной внешности, не дал мне далеко уйти, ухватив за ткань длинного серого платья. Вскрикнув, я рванулась, надеясь, что материяпорвется и мне удастся выскочить. Но теперь мужчина, оказавшийся совсем рядом, вцепился в мои волосы и грубо потянул вниз. Такой дикости я не ожидала, поэтому, заголосила что было сил.

— Ты — грязное чужеродное отродье! — завывал мужчина, совершая попытки потащить меня за волосы к выходу из мастерской. — Не гневай Богиню, уходи!

Разбираться, кто там кого прогневал и по какой причине виноватой опять оказалась я — времени не было, счет шел на мгновения. Сквозь боль пыталась сконцентрироваться на магии. Мне нужно заклинание, которое не причинило бы вреда этому любителю распускать руки, но освободило бы от его захвата. Сцепив зубы и извернувшись, я дотронулась до руки, отрывающей мою голову от тела, и пропустила через пальцы заряд ледяной энергии, замораживающей мягкие ткани. Мужчина заголосил, его хватка ослабла. Но лишь на долю секунды, после чего второй рукой он ухватил меня за сзади шею и с силой швырнул на мраморный пол, покрытый снежной крошкой. Распластавшись на полу, сквозь звон в ушах я различила вдруг еще один громкий, встревоженный окрик: