Онлайн книга «Три стрелы в его сердце»
|
Ева, высоко подняв голову, дошла до Полнолунного фонтана. Только там она смогла сломать восковую пленку и установить свечу на каменный бортик. Птицы затихли. Ветер перестал раскачивать нераскрывшиеся головки роз и золотых подсолнухов. Природа тревожно замерла, приготовилась. Природа мудра, она чувствовала, что дальше последует. Набрав побольше воздуха в грудь, Ева начала медленно кружиться. И мир закружился вместе с ней. Замок, фонтан, стены, цветы. Замок, фонтан, стены, цветы. Замок, фонтан, стены, цветы. Ева кружилась и тихо напевала: – Áest e lúpa-ra… Áest e lúpa-ra… Воздух раскалялся. Розы и подсолнухи отвернули свои головки. Если бы могли, они давно убежали бы из этого безумного места. Но корни крепко держали их в земле. Вода в фонтане нагрелась, пошла мелкими пузырьками. – Áest e lúpa-ra… Áest e lúpa-ra… Áest e lúpa-ra ín-daga ín-kusha... Ева пела все громче и Сад стонал под ритм заклятия. Божественный музыкальный слух природы резало исполнение волшебных слов. Их сочетание, их ритмика, их звучание, все это не должно никогда соединяться вместе. Светлую магию можно уничтожить только большей светлой магией, но зачем вообще было создавать изначально такуюмагию? Такую магию, которую потребуется изгонять такимисловами? Ева кружилась. Голова кружилась. Мир тоже кружился. Ева кричала. Природа кричала вместе с Евой. – Áest e lúpa-ra ín-daga ín-kusha… Ívara ámara tara-í-taka… Úndagi-úndagi hísara, bíhara… Ylótia sálika. Mátara! Ásh! Ева кричала от боли. Крик вырывался из горла и причинял боль. Каждая клеточка кричала и крик причинял боль. Сердце пронзило острым зазубренным копьем. Запястья обжигало раскаленным железом. Зубы стучали, кости дрожали, надламывались, падали под ноги,как осенние листья. Кружение, кружение, вечное кружение и страшная боль. Вода в фонтане вскипела. Бутоны сгорели, совсем еще молодые лепестки пожухли и ссохлись. Яркая, зеленая трава вспыхнула на мгновение и почернела. Ева рухнула на колени, открыла покрасневшие глаза. Маленькие венки полопались и застонали. Ева заскрежетала зубами, подавив последний крик, втянула воздух. На запястьях нестерпимым солнцем горели золотые браслеты. Мгновение, и они осыпались волшебной пылью меж гравийника. Мгновение, и в ушах забурлило, словно вся вода кипящего фонтана разом оказалась в голове. Отрезанная родная магия мощным потоком, огромным водопадом обрушилась на Еву. Она возвращалась, проникала внутрь, струилась проверяла, лечила, поднимала, поддерживала, обнимала, оберегала. Ева распахнула глаза и зелень колдовских глаз наполнились магическим светом. Магия клокотала в венах и требовала немедленного внимания, требовала ответа, требовала извинений. Магия стучала в висках и просила прощения, просила принять обратно. Отдышавшись, Ева поднялась на одно колено. Перед глазами все плыло. Вокруг на несколько метров раскинулась выжженная земля. Вода из колодца испарилась. От роз и подсолнухов остались лишь голые сухие остовы. Ева услышала, как плачут духи Сада Трав. Она обернулась на плач и увидела их впервые с момента своего заключения. Две обнимающиеся серо-зеленые тени. – Простите… – одними губами прошептала Ева. Духи вздрогнули, затравленно посмотрели на Светлую Целительницу, и пропали, истончившись. |