Книга Дорога к счастью, страница 101 – Ника Верон

— А ты не думаешь, что колье — отступные? — не выдержав, высказала-таки предположение. — Так сказать, прощальный аккорд? Нормальный мужик по нормальному расстанется. А не станет еще и прежние презенты выгребать, в целях экономии на следующей своей любви.

Резонно. И Соколовская даже согласиться готова с подругой. Если бы не одно существенное «но», которое и перевешивало все остальные доводы в пользу прощения Аристова.

— А минет — тоже напоследок?! — вырвалось достаточно громко.

Присутствующие в служебном помещении еще пару девиц из общего обслуживающего зала, даже с интересном глянули в их с Розовой, сторону. О том, что в личной жизни Соколовской, так неожиданно поднявшейся по служебной лестнице и оказавшейся на работе в vip-зале, начались проблемы, догадывались. Кавалер резко перестал захаживать и подвозить/забирать на работу с работы. Мелкие привилегии еще оставались, но в целом…

— Эль, ну ты же не знаешь, как там всё было, — выдерживая ровный тон, заметила Ирка.

Да, ей куда легче рассуждать вот так спокойно. Не её мужик перепутал своих баб. Хотя, нет, это у Рубальских все без исключения — бабы. У Аристова — женщины. Бабами называл определенную категорию, да и то, не всегда и не во всяком общении.

— Сильно сомневаюсь, что его насиловали, — тихо обронила Эльвира, швыряя блеск в сумочку. Косметичку практически никогда не носила.

— Эль, ну, чего ты добиваешься своим упрямством, — тон Ирки стал слегка резковатым. — Такой мужик бегает. Твой дорогой Рубальских давно бы забил и новую нашёл.

— А ему искать не надо было, — не отступала Эльвира. — Из прошлого осталась. Милая такая, мордашка смазливая, ноги от ушей. Наверно, когда на плечи закидывает, тащится.

Хотя вот тут лукавила. У самой ножки были — загляденье. Другое дело, что прятала те в брюки, либо уродующей(по мнению всё той же Розовой) длинной юбки, выбирая скорее старушечьи, чем молодежные модели, чего Ирка не понимала.

— А тебе кто не даёт? — поинтересовалась она, поднимаясь со стула. До начала рабочего дня оставалось всё ничего, пора было в залы к клиентам, желающим постричься. — Эль, ну в самом деле, что ты взъелась на мужика? На чистоту уже давай, ты дала ему хоть раз? Только честно.

— Брать не хочет. — выдала Элька.

Ирка ошарашенно с минуту смотрела на подругу. Вот тут как-то закрались сомнения. Не заметить определенного интереса Аристова к Соколовской просто невозможно. Как там говорят — в воздухе химия ощущается. Кажется, будь его воля, прямо в общем зале, при встрече, показал бы той свое «особое» расположение.

— Ага, сам, от клубнички отказывается, — не удержавшись, съязвила Розова, поинтересовавшись, — Импотент, что ли?

— В том то всё и дело, что стоит как у молодого, — с непонятным для Ирки раздражением, обронила Соколовская. — Того и гляди, пуговица на ширинке лопнет или молния разойдется. Не интересна я ему. Как жена — возможно. Гарантия безопасности. Никто не посмотрит больше.

— Оооо, узнаю слова твоего бывшего, — усмехнулась Ирина. — А теперь послушай меня, моя дорогая. Мужик он у тебя нормальный. Тебя бережёт. Дай ему посыл. Сама сделай шаг. Ну, в конце концов, запусти руку в ширинку, приласкай. Мужикам нравится, когда инициатива с нашей…

— Не могу, — не дослушав, перебила Элька. — Мне с ним очень хорошо, Ир, — продолжала совсем тихо, так же тихо добавив, — Было. Я себя впервые женщиной любимой, желанной почувствовала. Ласкал так, как Игорь никогда не ласкал.