Книга Дорога к счастью, страница 98 – Ника Верон

— Ты уже откуда… — наблюдая за действиями гостя, поинтересовался Константин,прикрывая дверь лоджии. Ночи становились холодными. Сентябрь медленно перевалил за середину. — Черт, ощущение, что не в клинике работаю, а в каком-то колхозном универмаге, — процедил сквозь зубы.

— Кто-то там Димку, помнится, критиковал за разводы с приличными выплатами, — продолжал гость, заваривая себе чай и подсаживаясь к столу. Вел себя вполне по хозяйски. — Сам-то такими темпами не боишься по миру пойти?

— А это — не деньги клиники. Дивиденды вложений. Исключительно мои доходы. — Аристов, сделав глоток из чашки и слегка обжегшись, тихо чертыхнулся. Отставив ту на подоконник, задержал внимательный взгляд на Седых, поинтересовавшись, — А если серьезно, тебя какая нелегкая притащила в десять вечера?

— А у меня, то есть — у нас всех, сейчас одна нелегкая — твоя благоверная, — на секунду задумываясь над своей чашкой, глянув на Аристова, спокойно закончил, — И снова тот же вопрос: уверен в её смерти?

А ему казалось, несколько дней назад всё обсудили. Тема должна бы быть закрыта. Копать в другом месте надо. Где? Еще один вопрос без ответа.

— Ты издеваешься? — прихватив чашку и подсаживаясь к столу, поинтересовался Константин, прислоняясь к спинке стула. — Ник, меня вообще последнее время слушают? Или слушают — не слыша? Я последние трое суток у её постели провел. Это единственное, на какую уступку пошел суд в деле против ее родителей с их решением отключить дочь от аппаратов. Поверь, подмену заметил бы. Практически не спал.

За те почти два года, что Наталья пролежала в коме, кажется, прошел все круги ада. Особенно — в последний год её жизни, когда родители заявили о намерении «прекратить мучения дочери». Ни как медик, ни как человек, понять их не мог. До сих пор. Пытался через суд решить вопрос. Не вышло. Благодаря судебным тяжбам получилось лишь отсрочить неизбежное.

— В том состоянии… — начал осторожно Седых.

— Нормальное у меня было состояние. Адекватное, — достаточно резко отреагировал Аристов, дотягиваясь до своей чашки. Организм требовал чаю, а кипяток поглощать наотрез отказывался. Завидовал сейчас гостю, который таковой спокойно пил.

— Тогда как объяснишь вот это?

Вслед за прозвучавшим вопросом, на стол, разделяющий их, легли фотографии. До безобразия четкие кадры. И на них…

— Черт его знает, — медленно проговорил Константин,перебирая и внимательно рассматривая фотоснимки. А они не говорили, кричали о том, что Наталья Аристова — жива. Всем смертям на зло. Как вампир. Или — зомби.

— Твоя бывшая, прости, и черта переплюнула бы, — не сдержавшись, съязвил Николай, на доли секунды задумываясь. — Так или иначе, Коста, а счет открыт ею, — продолжал он без тени сомнения, что говорило только об одном: информация точная. — Только непонятно, почему по девичьей фамилии, а не по твоей. На сколько точно помню, развода у вас не было.

— А если не она? — с надеждой всё же спросил Константин, добавив, — По нынешним временам изменить внешность не проблема.

Вот совсем не ко времени сейчас было воскрешение жены. Да, ту ждали серьезные неприятности, появись в мире живых. Только ему добавится и проблем, и головной боли. С одной бы, для начала, разобраться.

— Кость, ты сам медик, — отрицательно качнув головой, напомнил Седых. — Можно сделать пластику. Допускаю — заучить какие-то повадки. Изучить стиль и манеру одеваться, вести себя на людях. Кто задался целью выступить от её лица, всё это проделал бы с успехом. Но! Физиологическую биометрику, здесь, думаю, спорить не станешь, не подделаешь. Если только вот эта дама, — постучал он пальцем по оставшейся лежать на столе одной из фотографий, — Не пришила себе пальцы покойницы. Ну, или, совсем из области фантастики, не попала в уникальнейший случай однояйцевых близнецов. У которых, по неимовернейшему стечению обстоятельств, совпали отпечатки и…