Книга Сквозь костры иллюзий, страница 75 – Дарья Федотова

Его взгляд носился подобно смерчу, цепляясь за мои глаза, полосу на нее, губы, и возвращался обратно. Если бы в списке правил значилось ограничение по скорости, то мое сердце нарушило бы и его. Мне хотелось разогнаться, закричать, взорваться. Рядом с ним я не могла совладать с собой. Переспорить, сломить, доказать, но не сдаться.

Я устала идти ему навстречу и пытаться помочь. Устала делать скидку на его прошлое и все испытания, которые ему пришлось пережить. Устала искать ключики к его душе и пытаться выстроить отношения так, чтобы мы могли хотя бы сосуществовать вместе. Видимо, этому не бывать. Именно поэтому я стойко выдержала пронзительный взгляд, наполненный ненавистью и презрением, и не сдвинулась ни на миллиметр.

— Я видела только

твое

прошлое. Мама, грабитель, стройка, ворованная еда и переезд в общежитие.

Никита зашипел и сильнее сжал края стула. Страх сковал меня. Конечности словно онемели, разум притупился, а сердце остановилось. Теперь я хотела отодвинуться от негокак можно дальше, но мне некуда было бежать. Я уже в западне. И тут он прорычал и с силой стукнул кулаком по столешнице.

От удара я вздрогнула. Ноутбук подпрыгнул, кружка тоже. Она со звоном коснулась дном деревянной поверхности. В динамиках раздались краткосрочные помехи, а большие диспетчерские наушники соскользнули на пол.

Никита стоял боком ко мне, все еще крепко сжимая кулак. Он тяжело дышал и не сводил взгляда с собственных рук. Над нами повисла тишина, нарушаемая тихой болтовней наемников, о которых мы уже забыли. Я медленно выдохнула, сглотнула и первая прервала молчание.

— Я никому об этом не говорила. Это твое прошлое, и оно останется твоим. Но я не буду извиняться. Мне не за что.

Никита не смотрел на меня. В любой другой ситуации давно бы прожигал ледяными глазами, но не теперь. Спустя, казалось, вечность, он, наконец, заговорил.

— Ничего не изменилось, — прорычал он. — Главное — это план. Найдем твоего отца и отправим вас домой. Все. В остальном нам не обязательно общаться.

Парень вернулся на свое место и упер взгляд в монитор. Он ясно дал понять, что к нему лучше не подходить. Я же не могла пошевелиться. Так и сидела в углу, будто меня окатили ведром ледяной воды.

Внезапно мир потускнел. Впервые в жизни мне захотелось побыть наедине с собой, но даже в этом не было смысла. Я так запуталась в остатках своей жизни, что уже и не понимала, в чем этот самый смысл был. Всем сердцем желала, чтобы в заброшенной вилле оказался мой отец. Только он мог помочь мне выпутаться из паутины видений и разорвать странную связь с наемниками. Я больше не хотела видеть никого из них. Никогда.

За оставшееся время я успела вздремнуть, полистать каналы на чешском, выпить три кружки чая и доесть все сладости в штабе. От переживаний я не знала, куда себя деть и чем занять руки. Страх и ожидание поселились под кожей, как мелкие занозы: не смертельно, но покоя не дают. Изредка проходила мимо хакера, поглядывая из-за его спины на часы. Электронный циферблат как будто замер, а цифры на нем прилипли к экрану. Наконец, спустя несколько часов, когда я угомонилась и уселась обратно за стойку, из динамиков послышался голос Ромы:

— На позиции.

— Что видишь? — сразу отозвался Никита, уперев подбородок в сцепленные руки. Голос его был спокоен, но я знала —это лишь тонкая оболочка, под которой скрывалось напряжение.