Книга Слабое звено Академии Драконов, страница 47 – Оксана Гринберга

— Но эта вещь не для продажи! — покачал головой артефактор. — Их было всего четыре… По одному на каждого…

— Отлично! — кивнула я. — Значит, по одному на каждого. Становится уже теплее, господин Росс! Так кому именно принадлежала моя пуговица?

— Я дам вам за нее сто золотых, мисс! — вместо ответа произнес артефактор. — Соглашайтесь, этохорошее предложение.

— Мне нужно знать, кому она принадлежала, — покачала я головой. — Вы правы, эта вещь не для продажи.

— Двести золотых.

— Уже интереснее, но нет.

— Триста. Больше дать не смогу, у меня попросту нет таких денег.

— Пуговица, или что бы это ни было, не продается, — напомнила ему. — Но мне нужно знать, кто был ее исконным владельцем. Видите ли, я вам соврала. Эта вещь была у меня с раннего детства, потому что меня саму нашли в сточной канаве в нищем районе Астейры с ней на шее.

Но мое признание не произвело должного эффекта.

Наоборот, артефактор снова изменился в лице, а затем сказал, что он мне не верит. Ни единому моему слову. Такого попросту не может быть!

— Вон! — заявил мне. — Как вы смеете заявляться в мой дом и лгать о подобных вещах?! Немедленно убирайтесь, иначе… — Но угроза так и не прозвучала. — И не смейте больше сюда приходить!

Уже через пару минут я вышла наружу, а по дороге кузина Карин расстроенно сообщила, что таким своего хозяина она еще никогда не видела. Я же оказалась за дверью с еще большим числом вопросов, чем у меня было до этого.

…Конечно же, я понятия не имела, что Седрик Росс, стоило мне покинуть его дом, поспешил в свой кабинет. Уселся за стол, подвинул к себе чистый лист и принялся писать.

И делал это так быстро и нервно, что чернила то и дело оставляли кляксы на белой бумаге.

Два дня.

Именно столько я решила выждать, а заодно и дать артефактору время успокоиться и сжиться с мыслью, что некая пуговица, которая совсем не пуговица, принадлежит теперь человечке и впредь ему придется иметь дело со мной.

Речь шла вовсе не о деньгах, а о правде, потому что Седрику Россу эта вещь была дорога, но при этом он явно что-то скрывал.

Я затруднялась придумать, что именно, и в голову лезли вещи совсем уж фантастические. Потому что из фактов мне достоверно известно было лишь то, что на пуговице имелся выведенный рунами текст на языке, не похожем на универсальный, на котором говорили как в ТалМирене, так и в Аллирии.

И еще то, что пуговиц было четыре.

Поэтому я решила вернуться в академию — конечно же, ни в какой «Дикий Вепрь» я не пошла и революционные россказни Неро слушать не стала. Заодно по пути еще и нарычала на спикировавшего передо мной на дорогу Кирана.

Правда, увидела его дракона, и тот оказался мощен, рогат и хвостат. Ну и прилипчив так же, как его человек.

Но впечатление он производил серьезное, этого у него не отнять.

— Нет, драконом ты тоже ко мне не лезь, — сказала я, уставившись в зеленые глаза ящера. — Хочешь откусить голову — вперед, можешь попытаться. А вот обнюхивать меня не надо. И уж тем более облизывать!

Потому что дракон вытянул змеиный язык, которым засобирался прикоснуться к моей щеке.

— Фу, плохая ящерица! — сказала ему. — Ну вот что ты ко мне привязался?!

— Что тебе нужно было в городе? — поинтересовался принявший человеческий облик Киран. — Неужели неясно было сказано, что теперь ты везде передвигаешься исключительно в моем сопровождении?!