Книга Узница обители отбракованных жён, страница 28 – Анастасия Милославская

Но в тоже время мой мозг уже лихорадочно работал, пытаясь понять, что я могу выиграть из того, что узнала. И перспективы вырисовывались просто великолепнейшие. Я теперь точно знала, что Мареку нужна Видящая.

А мне нужна свобода. Осталось понять, как правильно действовать, чтобы её получить.

И в этот момент тишину кабинета нарушил громкий, требовательный звук. Мой живот заурчал, напоминая о себе.

– Когда вы ели в последний раз? – уточнил Марек.

– Не помню... – я нахмурилась, пытаясь собрать мысли в кучу. – Вчера в обед?

– Вы упали в голодный обморок, – пришёл к выводу Верховный.

Марек выпрямился, убирая руки. Тепло его тела больше не грело меня.

– Лежать, – коротко приказал он. – И не вставать.

Марек пошёл к двери, а я проводила его взглядом.

Какой властный мужчина. Наверное, именно так он отдаёт команды своим цепным псам или теням. Способен ли он вообще на какие-то чувства?

Драгош вышел за дверь, и я услышала, как он кого-то зовёт в коридоре.

Оставшись одна, я откинулась на подушки, глядя в потолок. В голове всё ещё звучал отчаянный голос Октавии.

Почти так же холодно и отстранённо Марек вёл себя с ней. Хотя она принцесса. А ползала перед ним на коленях, умоляла о крупице внимания, будто кошка.

Чем он так зацепил её?

Если она принцесса, она может получить любого мужчину, любую вещь в этом мире по щелчку пальцев. Видимо, всё, кроме Марека Драгоша. И именно эта недоступность сводила её с ума. И скорее всего продолжает сводить.

Но Октавия всё ещё здесь. Значит он не выгнал её?

Что Марек ответил на вопрос Октавии, когда она спросила, важна ли она ему лично?

Вряд ли я теперь узнаю.

Дверь снова открылась.

Марек вернулся, пропуская вперёд молоденькую служанку в сером платье Обители. Девушка тряслась от страха, боясь поднять глаза на Верховного. В руках она сжимала поднос со стаканом воды.

– Еда для ведьмы будет через пять минут, господин Верховный, – пролепетала она, поспешно протягивая мне стакан.

Я протянула руку и взяла стакан подрагивающими пальцами. Служанка поспешно выскользнула за дверь.

– Пей, – коротко приказал Марек.

– В горло не лезет, – попыталась возразить я.

– Я сказал – пей.

Спорить было себе дороже. Я кивнула, поднесла стакан к губам и сделала глоток. Прохладная вода омыла пересохшее горло, принося неожиданное облегчение. Я и не заметила, как осушила стакан до дна.

Марек всё это время стоял надо мной, наблюдая за каждым глотком.

Затем он забрал пустой стакан из моих пальцев и с глухим стуком поставил его на лакированную поверхность стола.

Сам же Марек небрежно прислонился бёдрами к краю столешницы, скрестив руки на широкой груди, и уставился на меня сверху вниз.

– Мне не по себе от вашей маски, – честно призналась я, поёжившись под этим пустым, серебряным взглядом. – Она... давит.

– В Обители есть вещи и пострашнее, Роксана, – ответил он, и я услышала в его голосе отчётливую мрачную насмешку.

– Ваша правда, Верховный Инквизитор, – криво усмехнулась я. – Уж я-то успела в этом убедиться.

– Сейчас поешь, и я дам тебе сонное зелье, – он пропустил мой сарказм мимо ушей, возвращаясь к делу.

– Конечно, – кивнула я, расправляя складки мехового пледа, и добавила с сарказмом. – От его выполнения зависит, сохраню ли я язык.

– Именно так, – подтвердил он буднично.

Я поджала губы, бросив на Марека раздражённый взгляд.