Книга Узница обители отбракованных жён, страница 10 – Анастасия Милославская

Сабина натянуто, нервно рассмеялась:

– Тебе точно память отшибло. Это же Марек Драгош. Ужас всех ведьм, Верховный Инквизитор... Он огнекровный. Ты так смотрела на него… я бы точно не решилась.

– Огнекровный? – переспросила я, поморщившись от очередного прикосновения к больному месту. – Что это значит?

– Хорошо тебя приложило головой, раз ты забыла элементарные вещи, – вздохнула она. – Огнекровные – это те, кому с детства вливают кровь демонов. Они сильнее, быстрее, безжалостнее обычных людей. А Марек… мало кто видел его лицо. Он всё время ходит в этой маске. Говорят, выглядит он жутко. Наверное, кровь демонов изменила его.

Интересно, что же там скрывается за этой маской? Уродство, несовместимое с человеческим обликом?

Может быть, у него кожа покрыта чешуёй, как у каких-нибудь жутких тварей?

Или вдруг у него нет носа? Или клыки, не помещающиеся во рту?

Я перебрала в уме самые отталкивающие образы. Вместо страха или отвращения во мне загорелся нарастающий, болезненный интерес.

Но вслух лишь произнесла:

– Хм, как избирательно. Значит, быть ведьмой, у которой магия проснулась не по своей воле – это преступление. А вливать в себя кровь демонов, чтобы стать машиной для убийства – это почётно и нормально? Высокая должность,власть, уважение...

Сабина лишь тяжело вздохнула.

А я решила, что сейчас философствовать некогда. Главное – другое. Из обители надо выбраться. Любой ценой.

– Сабина, – твёрдо сказала я, повернув голову к собеседнице. – Как мне отсюда выйти? Я не ведьма. Меня посадили сюда по ошибке. Это всё мой муж, он подстроил...

– Роксана, ты всё время это повторяешь. Всю неделю, что мы здесь. – грустно перебила она. – Но отсюда не выйти. Смирись.

– А если признают ошибку? – не унималась я. – Если я докажу, что невиновна? Что меня оговорили ради денег?

– Я не слышала, чтобы отбракованную оправдали, – покачала головой Сабина. В её глазах плескалась безнадёга. – Отсюда можно выйти только после смерти. Нужно смириться, Роксана. Хоть и тяжело, но мы теперь здесь.

Она как раз закончила возиться с моей спиной, когда тяжёлый засов лязгнул. Дверь распахнулась с противным скрипом.

Я и Сабина одновременно вздрогнули.

На пороге стояла Серафима. Та самая надзирательница, что ещё недавно с упоением полосовала мою спину кнутом. Её маленькие глазки хищно забегали по комнате.

– Прохлаждаетесь, бездельницы? – проскрипела она, уперев руки в бока.

Превозмогая жгучую боль в исполосованной спине, я заставила себя встать. Ноги дрожали, но я выпрямилась, глядя прямо на гостью.

– Какой порядок действий, если я невиновна, госпожа надзирательница? Меня отбраковали по ошибке, – мой голос звенел от напряжения. – Что мне делать? Как доказать?

Серафима на мгновение опешила. Её рот приоткрылся, брови поползли на лоб от такой неслыханной наглости. А потом она запрокинула голову и расхохоталась – хрипло, каркающе, словно ворона.

– Что тебе в голову взбрело, дурёха? – она вытерла выступившую слезу грубым пальцем. – Невиновна она! Ты – ведьма. Зло во плоти. Ошибки быть не может. Стены Обители построены из особого камня, который сдерживает вашу гнилую силу. Иначе вы бы давно нас тут всех поубивали. Это всем очевидно.

От этой жабы явно не будет толку.

Нужно искать другой выход.

На ум приходило только одно…

Похоже, Марек Драгош большая шишка, раз Инквизитор, да ещё и Верховный. Перед ним отчитываются, его боятся.