Книга Амуртэя. Эпос любовных происшествий, страница 50 – Инна Федералова

И тогда я сделал то, что умел лучше всего — запел. Первые слова вырвались почти непроизвольно, словно сами искали выход из сжатой груди. В такт моему напеву комната наполнилась мелодией — той самой, которую она наверняка слышала миллион раз, но никогда в таком исполнении. Это была та самая драматическая песня — недосказанность про упущенные мгновения, которую я писал ночами, думая о ней.

— Ты что, серьезно? — ее ничуть не удивило новое волшебство, хотя бровь взметнулась верх. Но в голосе звучало скорее веселье, чем протест.

Она не отстранилась. А я, осмелев, шагнул ближе, осторожно взял ее за руку и мягко повел в такт мелодии. Движения были простыми, почти наивными — не хореографический шедевр, а лишь робкая попытка сказать без слов то, что годами томилось внутри.

Ее ладонь в моей руке казалась невесомой, но от этого прикосновения по всему телу пробежала волна жара. Мы закружились — неуклюже, то и дело наступая друг другу на ноги. Но с каждым поворотом ее смех звучал естественнее, а моя неловкость растворялась в этом странном, волшебном хаосе. Пусть это глупо, пусть нелепо, но в этот момент мир сузился до ее улыбки, до тепла ее ладони в моей руке, до музыки, которая наконец-то говорила вместо меня.

Прогулка сквозь память

[Пульгасари Дехо]

Наблюдаю за ними из тени. Их магия, их чувства… Все это так ярко, так чисто. Но они еще не понимают, насколько хрупка эта красота.

Когда все цветы окончательно ожили и даже появились там, где их не должно быть, я вышел из своего укрытия.

— Впечатляет, не правда ли? — прорычал я, позволяя своему присутствию стать ощутимым. — Магия, рожденная из чувств… Но знаете ли вы, какова ее истинная цена?

Они перестали кружить. Замерли, глядя так недоуменно. Чувствую, как Сомин напряглась. Хванмин встал между нами — защитный жест, который вызывает у меня усмешку.

— Мы не звали тебя, — говорит он, и в его голосе слышится сталь.

О, как забавно. Они думают, что могут меня прогнать.

— О, но ваше присутствие зовет меня, — отвечаю я. — Ваши чувства, ваши мечты… Они как маяк в Амуртэе. В особенности для теней отверженных любовью.

Лисица появляется рядом, как всегда, добавляя свои комментарии:

— Хванмин, не обращай внимания на его мрачность. Дехо просто хочет показать вам нечто важное.

Айдол хмурится:

— Важное? Что может быть важнее того, что мы только что увидели?

Я позволяю себе легкий смешок:

— Многое. Следуйте за мной. Пора показать как выглядят последствия предательства любви. Есть место, где хранятся ответы на ваши вопросы. Место, где вы увидите, к чему приводят неосторожные мечты и безграничное доверие.

Вижу, как Сомин колеблется. В ее глазах борьба между страхом и любопытством.

— Куда ты нас ведешь? — спрашивает она.

— В Петлю Забвения, — отвечаю я, не оборачиваясь. — Место, где прошлое становится настоящим, а истины раскрываются в полной мере.

Они следуют за мной. Их шаги неуверенны, но они идут. Когда мы приближаемся к границе Петли, энергия этой локации отзывается на наше присутствие.

— Это место хранит воспоминания тех, кто не смог отпустить свое прошлое, — объясняю я, вдыхая густой воздух, пропитанный чужими страданиями. — Здесь мы увидим историю, которая научит вас многому.

Мы вступаем в Петлю. Тени сгущаются, формируя образы прошлого.