Книга Боги, забытые временем, страница 47 – Келси Шеридан Гонсалез

– Думаю, все прошло хорошо, если принять во внимание обстоятельства. – Нед достал из нагрудного кармана фляжку и вытряхнул последние капли себе на язык.

– Куда уж лучше? Наша дочь уснула в гардеробной.

Руа хотела спросить у Флосси, кто такая Лили Стивенс, но решила, что лучше не надо.

– Я сказал, «если принять во внимание обстоятельства», – поправил жену Нед.

Руа мысленно застонала и отвернулась к окну. Ей не терпелось остаться одной. Бал оказался не таким уж плохим. Она боялась, что будет хуже. Хотя в чем-то действительно было хуже. Гости, как показалось Руа, с превеликой радостью ее игнорировали – что хорошо. Если так пойдет дальше, ей будет проще выдерживать светские мероприятия. Однако ее беспокоило, что миссис Фицджеральд и ее дочь Аннетта питали к ней явную неприязнь.

И был еще лорд Данор. Возможно, им больше уже никогда не удастся поговорить без посторонних ушей; Аннетта Фицджеральд о том позаботится. Руа подавила непрошеную досаду и не стала задумываться, почему ее сердце кольнуло ревностью.

– У нас на завтра большие планы, – сказала Флосси. – Мы должны показать всем и каждому, что нас нельзя сбрасывать со счетов.

* * *

– Этот какой-то совсем уж тесный, – сказала Руа, пока две служанки в четыре руки затягивали на ней корсет из китового уса. Ей нравилась фигура «песочные часы», но ужасно не нравились приспособления, создающие эту фигуру. Руа втянула в себя воздух, и служанки застегнули последний крючок впереди. Она медленно выдохнула. Можно не опасаться порвать одежду. Ощущение такое, как будто ее окунули в цемент.

– Куда мы сегодня пойдем?

Сегодня турнюр был не таким пышным. Служанки надели на Руа бежевую юбку и жакет с длинными узкими рукавами. Нижняя юбка была без оборок, но с белой вышивкой по подолу, почти незаметной на светлом кремовом фоне. Руа искренне не понимала, зачем ей жакет в такую жару под палящим августовским солнцем.

На жакете было не меньше двух дюжин пуговиц. Жесткий воротничок доходил до середины шеи и тоже застегивался на пуговицы. Руа хотелось оттянуть ткань, ослабить давление на шею, но все движения выходили какими-то скованными и неловкими. Последний штрих – маленькая аккуратная шляпка поверх тугих локонов.

– Почему я так одета? – спросила Руа.

Этот наряд отличался от всех остальных ее платьев.

Служанки захихикали, и Мара строго велела им выйти вон.

– Это по настоянию твоей мамы, – сказала она, повернувшись обратно к Руа. – Прекрасно выглядишь.

Руа запрокинула голову и подняла руки, надеясь, что жакет сядет удобнее и не будет так сильно давить.

– Вот, не забудь. – Мара протянула ей пару перчаток.

– Они кожаные, – возмутилась Руа. – Там такая жара!

– Они из лайки и будут нужны.

– Для чего?

Руа уже представляла, как с нее будут срезать эти несчастные перчатки, когда она вернется домой.

Мара лишь рассмеялась и выпроводила Руа из комнаты.

– Милая, мы тебя ждем, – проворковала Флосси, стоявшая у подножия лестницы вместе с Недом. – Променад скоро начнется. Мы встретимся с Фицджеральдами у их шатра.

Руа предпочла бы съесть вилку и нож, чем провести целый день в одном помещении с Аннеттой и миссис Фицджеральд.

– Так мы идем в парк? – спросила она, рассудив, что шатер больше нигде не поставишь.

– А куда же еще? – огрызнулась Флосси, вмиг растеряв все свое показное радушие. Она посмотрела на Руа так, словно та должна знать, что к чему, и не задавать глупых вопросов. Эмма наверняка знала, подумала Руа.