Книга Волк и Алёнка [+Бонусная глава], страница 33 – Лена Доронина

Я подошла тихо, прислушиваясь к шороху за входной дверью. Постучала, ведь дома точно кто-то есть.

Никто не открыл, я дёрнула ручку. Заперто.

Обошла вокруг и увидела мотоцикл Егора и следы крови на земле. Я ощутила ледяной укол в груди. Глубоко. Будто мне вонзили лезвие и провернули. Мир вокруг не хотел существовать, уплывая от меня куда-то. Но я заставила себя сделать глубокий вдох и присела на корточки, чтобы придти в себя.

Взгляд не отрывался от уже подсохших пятен крови, от которых расходились брызги, тёмные, густые. Кровь Егора. Борясь с накатившей паникой, я встала и огляделась. И увидела ещё одну дверь, ведущую в дом со внутреннего двора. Подскочила и рванула дверь на себя. Егор лежал на кровати, бледный, в пропитанной кровью рубашке. На груди — перевязанная рана. Он дышал, но слабо. Но, всё же, дышал.

— Егор… — позвала я, подлетая к кровати.

Он приоткрыл глаза. Узнал меня.

— А где твой отец?

— Уехал в аптеку. Бинты закончились. Уходи, Алёна… — выдохнул он. — Он вернётся.

— Кто? Отец? Я дождусь его, не оставлю тебя одного.

— Нет,Родим… — прошептал он. — Он думал, что ты здесь. Он хочет тебя, не как добычу. Как… свою.

— Да пошёл он, — сказала я, сжимая его руку. — Мерзкий тип.

Егор попытался улыбнуться.

— Алёна, мне больно смеяться, прекрати.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, и в проёме показался Родим.

От зверя внутри глаза блестели жёлтым:

— Ну что, Алёна, — сказал он, голос как скрежет металла. — Пришла к нему? Жалеешь его?

Я встала, но не отступила.

Радим медленно приближался, как охотник, который знал, что жертва уже в ловушке.

— Я — альфа.

— Ты не альфа, — прохрипел Егор, пытаясь сесть. — Ты — убийца.

Родим усмехнулся.

— И это говоришь ты? Тот, кто убил свою первую самку. Если бы укусил её я, она бы выжила, потому что я — альфа! Ты никогда не станешь альфой, тебе конец!

Я преградила мерзавцу путь:

— Ты не тронешь его.

Родим зарычал мне прямо в лицо:

— А ты попробуй остановить.

Он резко выбросил руку и схватил меня за запястье, уже не рукой, а жуткой когтистой лапой. Боль от мёртвой хватки заставила меня сделать шаг назад. Я ощутила, как будто вены замерзли от прикосновения монстра.

— Отпусти! — закричала я.

Егор с рычанием вскочил с кровати, ослабленный, но в голосе звучала такая угроза, что даже я струсила:

— Ты не тронешь её, — прорычал он. — Я поклялся!

Радим отшвырнул меня, как куклу, я полетела через комнату и ударилась об угол шкафа, от боли дыхание сбилось. Я сделала короткий, прерывистый вдох и быстро поднялась на ноги.

И тогда началось.

* * *

Они схватились в смертельной схватке. Егор был быстрее, но истекал кровью. Родим — сильный, как буря, и стоял как скала. Они бились, рвали одежду, клацали клыками. От людского облика не осталось ничего, брызги крови быстро окрасили всё вокруг и я поняла, что скоро увижу чью то смерть.

Я не могла пошевелиться, не могла закричать. Только видела, как Егор получает удар за ударом, видела как он падает, как встаёт. И как снова идёт вперёд.

Я завизжала, когда Родим схватил Егора за горло и прижал к стене.

— Ты проиграл, — прохрипел он. — Она — моя.

И в этот момент, снаружи раздался голос. Низкий, обманчиво спокойный.

— Отпусти его.

Радим на миг замер и обернулся. На пороге стоял Александр Петрович. Седой мужчина в рабочей старой куртке. Сружьём в руках.