Книга Спасти тигра, приручить магистра и (НЕ) влюбиться, страница 35 – Мара Капс

И, конечно же, именно в этот момент дверь кабинета распахнулась.

— О, прошу прощения, — раздался до боли знакомый голос Фаргутта, в котором извинений было ровно столько же, сколько у кота совести, когда он сбросил вазу.

Мы с Долманом резко отпрянули друг от друга, но, судя по выражению лица помощника, было уже поздно, картинка успела навсегда отпечататься в его памяти.

— Фаргутт, — голос Долмана стал ледяным, — у тебя есть ровно три секунды, чтобы придумать вескую причину, почему ты здесь.

— Разумеется, есть, — невозмутимо ответил тот, лениво прислоняясь к дверному косяку. — Маркиз Варингтонтолько что уехал, пообещав прислать приглашение на ближайший светский вечер. А ещё для нашей милой травницы пришло магическое письмо от мадам Джаннет.

— Магическое письмо? — я повернулась к Долману. — Прощаясь со мной сегодня утром, она взяла с меня обещание в ближайшее время заглянуть к ней на чай, немного поболтать. Но я не думала, что она напишет так скоро.

— Похоже, мадам Джаннет не из тех, кто любит откладывать, — сухо заметил он. — И, зная её, «поболтать», означает допрос с пристрастием, замаскированный под светскую беседу.

— О, я в курсе, — фыркнула я. — Но давай не будем исключать вероятность, что она хочет что-то мне рассказать. Где письмо?

— Прошу, — Фаргутт вытянул руку, держа письмо двумя пальцами. — Лично доставлено, проверено на отсутствие взрывных чар и заклятий.

— Как мило, — я приняла конверт, приподняв бровь. — И что, проверка прошла успешно?

— Абсолютно, — он кивнул. — Я всё ещё красив, умен и в полном человеческом облике.

— Последнее спорно, — буркнул Долман.

Фаргутт сделал вид, что не заметил колкости, и отступил. Дверь за ним закрылась, оставив после себя лёгкий шлейф наглого веселья.

Я посмотрела на конверт в руках и тихо сказала:

— Ну что ж… Похоже, пора навестить мадам Джаннет.

На следующий день я отправилась в ателье мадам Джаннет. Оно возвышалось в конце аллеи, утопая в зелени и цветах. Высокие окна отражали солнечный свет так, что здание казалось одновременно приветливым и ослепительно ярким.

Внутри всё было таким же красочным и изысканным, как ожившая иллюзия. На одной из стен располагался высокий стеллаж с образцами тканей, кружев, лент и прочей фурнитуры, аккуратно разложенными по цвету и текстуре. Некоторые из них мерцали, как будто в них были вплетены звёзды, другие, казались вполне обычными.

Я провела пальцами по бархатному отрезу, и он будто вздохнул. Раньше я как-то не задумывалась, какую именно магию она использует, чтобы буквально вытащить наряд из книги. Но теперь мне хотелось узнать, как это происходит.

Уловив мой заинтересованный взгляд, мадам Джаннет подошла к манекену. Она не произнесла ни слова, лишь подняла руку и сделала изящный жест, будто дирижируя невидимым оркестром. В следующий миг платье, которое секунду назад висело на манекене, вспыхнуло мягким светом и перенеслось прямо на чистый лист бумаги, лежащий на столе.

Я замерла, поражённая. Это было не просто волшебство. Это было искусство, граничащее с алхимией. Платье на бумаге дышало, как будто ждало, когда его снова вызовут в ткань.

— Магия фиксации, — пояснила мадам Джаннет. — Она сохраняет форму предмета, временно перенося его на любой плоский предмет в качестве рисунка, и позволяющая вернуть её обратно.