Книга Казненная жена генерала дракона, страница 61 – Кристина Юраш

Её слова зазвучали, как тихий шёпот ветра, проникший в самую глубину моей души. Внутри всё зашумело — будто я стоял на грани пропасти, и каждое её слово было как маяк, указывающий путь.

Как ни прискорбно, но она была права. Я думал обо всём, кроме семьи. Я поставил военную карьеру выше, чем жена и сын. Я поставил защиту страны на первое место, отодвинув семью на второе.

— Ты ведь просто поставил честь мундира выше своей семьи! — продолжила Эва, чуть повысив голос. В её голосе звучало что-то очень личное и искреннее. — Тебе что, мало блестящих побед? Да у тебя их столько, что можно было бы перечислять вечность! Но при этом ты забываешь о самом важном — о тех, кто рядом. Ты защищал их от одного, но не сумел защитить от другого. Так что в случившемся есть твоя вина.

Внутри всё сопротивлялось, но я понимал — она права.

— Вряд ли я ещё раз женюсь! — с трудом выдавил я, чувствуя, как каждое её слово будто пронзает меня насквозь. Внутри всё бушевало, и страх, и гнев, и боль.

Эва посмотрела на меня с такой тоской, что сердце чуть не разорвало.

— Драконы живут очень долго, — прошептала она. — Поэтому пройдут годы, может, даже десятилетия… Но ты женишься снова.И я прошу тебя — не допускай этой ошибки снова. Не бросай свою семью! Не позволяй своей судьбе разрушить то, что так дорого. Пусть сын или дочь узнают папу не только по портретам, а смогут обнимать его по-настоящему.

Вопрос вырвался из меня почти шёпотом:

— Ты пришла мне всё это сказать?

Эва чуть вздохнула, её глаза наполнились нежностью и искренней заботой.

— Нет, — тихо сказала она. — Я пришла сказать, что Лоли Гарднер всё-таки прорвалась к его величеству. Король назначил ей аудиенцию на этой неделе. Мне это шепнула Присцилла Бишоп, жена королевского секретаря. Об этом ещё никто не знает, и есть вероятность, что казнь передвинут поближе. Не будут выжидать три недели! Но ситуация становится всё серьёзнее — вина твоей супруги почти доказана. Следствие уже изучает улики и проверяет, кому принадлежит пепел. Результаты будут к выходным. Может, и раньше. Народ настаивает на справедливости! Сотни людей закидали дворец письмами. Его величество лично отдал приказ побыстрее закончить расследование.

Она замолчала, и я смотрел на неё, чувствуя, как внутри всё накаляется.

— Мне пора. Меня ждут, — заметила бывшая жена, подходя ко мне. — Нам остается только надеяться на то, что пепел не принадлежит дракону.

Эва положила руку мне на плечо.

— Куда ты всё время спешишь? — с легким раздражением спросил я, глядя на то, как Эва направляется к двери.

— Может быть, когда-нибудь я тебе обязательно скажу, — загадочно улыбнулась она, выходя за дверь.

Я остался один, наедине с собственной болью.

Она, словно мрачная тень, сидела передо мной в пустом кресле и безмолвно смотрела на меня. В её взгляде было что-то такое, что сжимало сердце — безысходность, вина, отчаяние. Мне казалось, что я держу в руках невидимую петлю, которая всё крепче сжимается вокруг шеи, душит и не даёт дышать.

Я почувствовал, как мои лёгкие напрягаются, когда я пытался сделать глубокий вдох, но воздух казался слишком тяжёлым, словно я задыхался под невидимым грузом.

Слова Эвы разбудили во мне эту вину, и теперь я не знал, что с ней делать.

Казалось, я схожу с ума. Словно чудовище, вина пожирала меня изнутри.