Книга Жена из дома утех для генерала дракона, страница 68 – Кристина Юраш

В этот момент взгляд Вальтерна вспыхнул огнем.

— Ты говоришь так же, как она и как мой отец! Не смей! — дернулся он.

— Знаешь, это просто это —очевидные истины, которых ты стараешься не замечать! — произнесла я. Сейчас я чувствовала себя взрослой женщиной. Намного старше его. — Я видела за месяц в борделе великие истории любви! Когда любовь заканчивалась ударом ножа в сердце! Одна девушка попала в бордель из-за долга отца. И у нее был жених. Он очень любил ее. Приходил каждый вечер и смотрел на нее. У него не было денег, чтобы покупать ее на каждую ночь, поэтому он просто ревновал. И однажды он убил ее. Прямо посреди зала. А потом убил себя сам. Это — любовь? Но где уважение? Где понимание? Где забота? Почему он не оторвал свою задницу и не пошел работать, чтобы выкупить ее? Почему он просто сидел на диванчике в углу и ревновал? Можно было договориться о рассрочке, но нет! Так что, Вальтерн, вернись обратно в нормальные люди, помирись с отцом и…

— Не смей мне указывать! Ты мне никто! — произнес он. — Я бы на твоем месте не соглашался на брак с моим отцом. Ты совсем его не знаешь. Ему ничего не стоит одним движением руки разрушить твою жизнь. И он это сделает. Так же, как и разрушил мою и мамину.

Я посмотрела ему в глаза, полные боли и недоверия.

— Ты имеешь в виду наш с тобой несостоявшийся брак? Или твой несостоявшийся брак с Анной — Шарлоттой? — спросила я холодно. — Что касается нашего, то я знаю, что его разрушил ты. Или, точнее, ты и не собирался его строить. Всё было обставлено так, чтобы и я, и мои бедные родители поверили в твои серьёзные намерения. А в последний момент — ты просто прикрылся отцом! А вот с Анной — Шарлоттой…

Я сделала длинную паузу, собираясь с мыслями, и почувствовала, как внутри загорается огонек гнева.

— У твоей Анны — Шарлотты сегодня ночью был шанс сбежать из-под венца. И если бы она согласилась — вы бы уже были вместе. Но она отказалась и вышла замуж! — твердо произнесла я.

— Ты так думаешь? — тихо спросил Вальтерн, его голос звучал с оттенком удивления.

— Я знаю, — ответила я, вскипая от боли. — У меня сегодня тоже был шанс сбежать.

Он усмехнулся, и в его взгляде заиграла холодная тень.

Вальтерн повернулся и вышел за дверь, оставляя меня одну, погруженную в тяжелое состояние бессилия и боли. В кресле я сидела, словно сломланная кукла, с ощущением, будто сердце разрывается на части. Внутри — обломки надежды, а я, словно пытаюсь склеить из них что-то новое, с чем я могла бы жить дальше, но у меня пока ничего не получается.

Дверь распахнулась так внезапно, что я вздрогнула и подняла глаза. Передо мной стоял Аллендар — высокий, статный, с грустными глазами, полными тревоги и сострадания. Его лицо было слегка побледневшим, будто он всю ночь не спал.

— Девочка моя, — тихо произнес он голосом, полным ласки и тревоги, — девочка моя…

Я убрала руки от лица, и вдруг почувствовала, что пытаюсь изо всех сил сдержать поток слез.

— Почему вы мне не сказали! — вырвалось из меня, голос задрожал от слез и отчаяния. — Это ведь правда? Правда, что папы больше нет?

Аллендар глубоко вздохнул и тихо кивнул. Его глаза пристально смотрели на меня, и он опустился на одно колено перед креслом. В его взгляде было столько боли и сожаления, что сердце у меня сжалось до предела.