Онлайн книга «Раб Петров»
|
Андрюс стряхнул снег с пенька и присел отдохнуть. Он понимал, что сидеть долго нельзя, его уже клонило в сон… Ясно было, что сон этот на морозе – смертный, что к утру его занесёт снегом, и никто никогда не обнаружит замёрзшего тела. Разве что Тихон не забудет егои станет искать, сколько хватит сил. Андрюсу стало жаль единственного друга, но что поделать. Да и Тихону не надо ни о ком заботиться, он хитёр, смел и силён – не пропадёт. А любая тоска утихнет рано или поздно… Перстень всё это время был надет на палец. Ещё убегая от купца, Андрюс потерял связанные Ядвигой рукавицы, но левой руке было тепло, точно в изумруде горел скрытый, но сильный огонь. А вот тело понемногу утрачивало чувствительность: он уже не мог пошевелить пальцами ног и чувствовал, как холод сковывает колени, ползёт всё выше и выше… Андрюс покосился на изумруд; проклятье, даже быстрой смерти ему не положено – колдовской камень будет потихоньку согревать его и лишь продлит мучения! Его охватила ненависть к ведьмину дару, ведь все несчастья, свалившиеся на их семью, всё-всё – из-за проклятой Агне с её изумрудом! Андрюс попытался снять перстень и отшвырнуть подальше… И не смог. Кольцо точно приросло к пальцу. – Ну за что мне всё это? – вслух простонал Андрюс. – Что ей было от меня надо? Ответа на вопрос он не дождался, однако его вдруг осенило: что, если изумруд сможет на этот раз спасти ему жизнь? Андрюс с трудом поднялся, морщась от боли в одеревеневших ногах. Он начал разгребать снег и торопливо набрал немного тоненьких веток, сосновых шишек, коры. Сложил всё это горкой на снегу и вскинул левую руку – если камень мог таинственным образом нагреваться и даже становиться горячим, то… Получилось! От слетевшей зелёной искры кучка хвороста вспыхнула и загорелась странным голубовато-зелёным огнём. На снегу заиграли изумрудные отсветы; Андрюс поднёс руки к костерку – пламя грело. Он бездумно следил, как огонёк скользит по собранному им хворосту; усталость мешала пошевелиться и набрать ещё немного веток, хотя это стоило сделать… Приглядевшись, он с изумлением заметил, что пламя, хотя и горело, но не пожирало хворост, оставляя после себя лишь кучку пепла, как это делает обычный огонь. А может быть, он смог бы зажечь костёр и совсем без хвороста? Или с помощью одной веточки? Но любопытство тут же уступило место прежней усталости и отчаянию. Ну зажёг он огонь, ну сможет пережить ночь, а дальше? Андрюс прислонился к стволу берёзы; ему было тепло, но сон не шёл. Зелёное пламя горело неярко, ровно, успокаивающе – вокруг образовалось облако зеленоватогосвета, который не пускал к нему устрашающую лесную тьму… Андрюс содрогнулся и едва не вскочил – напротив него у костра притулилась одинокая, едва различимая в сумерках фигура. Это точно был не человек, скорее призрак: лицо снежно-белое, восковые руки, босые ноги, почти невидимые на снегу. Всё одеяние составляла длинная холщовая рубаха с неясной вышивкой. Существо казалось всего лишь дымкой, по прихоти некоего воспалённого воображения принявшей контуры человеческого тела. Оно вскинуло глаза – неподвижные, светло-янтарные. – Гинтаре… Пане Гинтаре! – прошептал Андрюс. Он вскочил, хотел подбежать к ней, но существо без улыбки покачало головой – Андрюс застыл на месте. Это была она, Гинтаре, однако такая живая и сильная летом, сейчас, зимой она смотрелась ледяным призраком или мороком каким… |