Онлайн книга «Раб Петров»
|
– Дальше всё знаю, – досадливо перебил хозяин. Изумруд! Он понятия не имел, каково было его действие, но, если тут и правда что-то крылось? Должно же быть хоть какое-то объяснение колдовской силе обычного, безродного столяра? Артемий с беспокойством всматривался в лицо хозяина, боясь уловить в нём признаки недовольства или гнева. Но тот, к его удивлению, сочувственно улыбнулся ему и помог улечься поудобнее. – Ты отдыхай пока, Артемий. Вот, возьми – если боль спать не даст, глотни моего снадобья. Скоро всё пройдёт. Он поставил небольшой хрустальный флакончик на пол, рядом с раненым, и покинул комнату. Лекарю, что ожидал за дверью, хозяин разрешил пойти на кухню и перекусить, пока утомлённый пациент почивает. * * * Некоторое время Артемий лежал неподвижно, уставившись на дверь, и не верил себе. Неужто обошлось?! Ведь он, по сути, не выполнил поручения! Он знал, что хозяин суров, наказывает и за куда меньшие промахи! Артемий полежал ещё немного, но боль в простреленном колене была настолько сильной – она накатывала волнами и не желала отпускать… Что бы ему не дали, его хозяин попусту болтать не будет, зелье наверняка сильное. Он вынул пробку из флакона и отпил пару глотков: микстура показалась очень приятной на вкус, напоминала ягодный взвар, только немного с горчинкой… Артемий лежал с закрытыми глазами и ждал, пока боль начнёт утихать; поэтому он не заметил, как над флаконом, который он забыл заткнуть пробкой, начал курить лёгкий дымок. Дым этот становился сильнее, плотнее, обретал форму: вот уже он напоминал некое человекообразное, хотя и призрачное существо. Оно всё больше обретало ясные черты, становилосьпохожим на обыкновенного паренька в крестьянской поддёве и лаптях; прошлый год Артемий, по приказу господина, нанял его на работу в их господском доме, но пробыл он там недолго. Один Артемий знал, куда делся мальчишка: он сам завёл его в комнатушку без окон, рядом с кабинетом хозяина, и умертвил быстро, бесшумно и хладнокровно. Ибо господину срочно нужен был некто, погибший ненатуральной смертью, а сам он руки пачкать не желал… Артемий лежал, почти полностью расслабившись. И вдруг ему почудилось какое-то дуновение, будто от сквозняка. Он приоткрыл глаза; рядом стоял кто-то, смутно знакомый… Артемий протёр глаза и застыл; горло сдавило спазмом ужаса, сердце заледенело в груди… Тот самый паренёк, которого он по приказу хозяина самолично придушил в комнатушке без окон, стоял рядом и держал его руку в своей ледяной руке, глядя спокойно, мирно, едва ли не с сочувствием… И таким ярким и жутким было это видение – Артемий захрипел, пытаясь отмахнуться от призрака, зашептал было молитву; язык и губы сковало мертвенным холодом, руки и ноги враз сделались чужими… Когда лекарь, как следует позавтракав, пришёл навестить раненого – он застал печальное зрелище: Артемий с искажённым лицом, закушенными губами, весь искривившись, будто поломанная кукла, лежал, наполовину свесившись с кровати. Повязка на ноге сбилась, открывая окровавленное колено, остановившиеся глаза были выпучены… – Ох ты ж как, – лекарь перекрестился. – Знать, не выдержал, бедняга. Упокой, господи… * * * Никита Рагозин много дней подряд – он сбился со счёта – бесцельно скитался по Питербурху. Уже наступила хмурая осень с бесконечными ледяными дождями, а у него не было толкового приюта, да и деньги кончались… Хотя, кроме того, чтобы попроситься переночевать в кабаке или трактире, ему и денег тратить было некуда. Он, одетый в ветхую выцветшую рубаху, худой армячишко, отчего-то почти не ощущал холода, и голод тоже куда-то делся. |