Книга Не ангел, страница 3 – Ксения Шелкова

— Ну, в чем дело? — спросил я нетерпеливо.

Извозчик, весьма неряшливый и неприятный субъект, путано стал объяснять, что тот дом последний — он уж наверняка не последний, а если и последний, то вовсе не на Надеждинской… Мне все это начало докучать, так что я прикрикнул на него: «Давай, трогай!», и он, ворча, собрал наконец поводья.

Светало, и фонарщики на улицах гасили масляные фонари, ловко взбираясь по лесенкам. Стучали лошадиные копыта по деревянной мостовой, но город был еще пуст: кроме городовых и дворников, принимавшихся мести улицы, дворы да разносить дрова, мы никого не встретили. Сестра во все глаза разглядывала высокие каменные дома, которых все больше попадалось нам по пути. Однако туман еще не расходился, и все, что находилось не рядом с нами, а чуть поодаль, рассмотреть было невозможно.

То ли благодаря туману, то ли потому, что ванька наш плохо знал город, — мы заплутали. Долго кружились по одним и тем же улицам, мимо одних и тех же домов, но нужный никак не находился. Извозчик бормотал себе под нос, что нет такого дома, «хоть казнить вели, барин, а нету», Даша, хотя и куталась в бархатную тальму, совсем продрогла. Осердясь, я приказал остановиться. Я был уверен, что нам достался донельзя бестолковый деревенский ванька, и из-за его оплошности мы и ездим по кругу; сам же я в этой части города прежде не бывал. Я закрыл глаза, стараясь вспомнить наставление тетушки — удивительно, память моя как по волшебству нарисовала дорогу к нужному дому. Теперь я сам указывал, куда ехать — мимо поплыли улицы, все еще окутанные туманом — Бассейная, Малая Итальянская… И, наконец, впереди выросли очертания искомого дома; каким образом я понял, что это тот самый дом, в ту минуту я не смог бы объяснить. Дом был большой, деревянный, двухэтажный, старинной постройки, с резными наличниками и двумя островерхими башенками. Я протянул извозчику деньги, но тот вместо того, чтобы принять их и поблагодарить, ошарашенно уставился на меня.

— Вы, барин, что же… сюдаехать изволили? — пробормотал он.

— Сюда, сюда, — нетерпеливо ответил я, не понимая, что нужно этому бездельнику.

— Да ведь… Вы же говорить изволили…

Но яперебил его; мне хотелось скорее уже добраться до родственников, представить им мою сестру. Я сунул извозчику монету и поставил на землю Дашин сундучок и узел с вещами. Даша с любопытством разглядывала дом, но тут мне на глаза снова попался извозчик: он расширившимися глазами смотрел то на дом, то на нас с сестрой и, наконец, точно опомнившись, начал нахлестывать лошадь.

Нам, однако, было уже не до него. Я стал звонить в колокольчик; довольно долго никто не отзывался, а я был уверен, что нас разглядывают из окон: темная штора в окне второго этажа как будто дрогнула. Потом я перестал звонить и прислушался: есть ли какие-то звуки в доме? Я ничего не слышал.

Дверь распахнулась внезапно и бесшумно, так что мы вздрогнули от испуга. На пороге стояла немолодая женщина в темном платье, гладко причесанная; меня поразило, как она уставилась на нас без всякого выражения, пустыми глазами — ни удивления, ни вопроса.

— Здесь ли живут Александр Николаевич и Ольга Аркадьевна Рашетовские? — откашлявшись, проговорил я.

Служанка молча отступила, пропуская нас внутрь. Уже взойдя в переднюю, а после — в гостиную, я поразился вторично: в доме стоял странный могильный холод, точно печей не топили уж несколько лет; воздух был затхл. Я огляделся: гостиная была роскошно убрана, с мягкими диванами и креслами, начищенными канделябрами, потолок украшала затейливая лепнина, паркетный пол блестел, а в камине, украшенном фигурными изразцами, весело потрескивали дрова — никаких следов запустения. Было полутемно — служанка зажгла три свечи.