Книга Птицы молчат по весне, страница 79 – Ксения Шелкова

Анна обернулась. Перед нею стояла та самая белолицая Клаша-модистка, что так поддержала её в тяжёлые минуты появления в камере, а потом озаботилась накормить и велела влюблённому в неё солдату быть с Анной помягче.

Клаша в этот раз была без платка; оказалось, волосы у неё огненно-рыжие, уложенные на затылке тяжёлым узлом. Она слегка замялась, присела перед Анной и заученно улыбнулась. Впрочем, та была слишком взволнованавстречей.

— Кланя, неужели вы?! Ах, я так рада, что вас выпустили!

Клаша в ответ улыбнулась уже искренне.

— И я рада — только сперва не знала, признавать тебя, аль нет! А то всякое бывает: тюрьма-то, дело такое!

— Можно, можно меня признавать, я и не стыжусь! — горячо заверила Анна. — А как же ты здесь… — Она смутилась и оглянулась на прочих девиц, которые уже начали болтать и хихикать между собою.

— Клавдия! — сурово прозвучал голос хозяйки. — Ты опять?! Мало мне с тобой хлопот? Где тебя черти носили?!

Клаша уже хотела отвечать, но Анна прервала её. Уверенно взяв девушку за руку, она подвела её к госпоже Лялиной.

— Аграфена Павловна, я уже определилась. Я возьму на обучение вот эту девицу, если… Если она ничего не имеет против.

— Эту? — Лялина смерила Клавдию откровенно неприязненным взором. — Ну, дело ваше, Анна Алексеевна. Только должна предупредить: эта девица в высшей степени непочтительна, неаккуратна и порой ведёт себя неподобающим образом. Даже кавалеры на неё непрестанно жалуются. Вы можете раскаяться, что взялись за неё.

Анна подумала про себя, что такая аттестация характеризует Клашу как нельзя лучше.

— Зато она сообразительна более чем другие, и обладает способностями… Клаша, ну-ка повторите, м-м-м, скажем, такую фразу: «J’aime cette ville, j’adore les livres, et les concerts» («Я люблю этот город, обожаю книги и музыку»).

Клавдия покорно повторила, глядя на Лялину нарочито честными глазами. Видно было, что французский язык ей слегка знаком, и притом она обладает прекрасной памятью.

— Вот, видите? — воскликнула Анна. — Клаша, ты нынче идёшь со мной! Будешь брать первый урок.

— Хорошо, — неохотно уступила Аграфена Павловна. — Ступай с Анной Алексеевной, да смотри — через час обратно! И чтоб не дерзила, а была усердна!

История Клаши — в заведении она для пущего шику звалась Клархен — оказалась обычной для её окружения. Девушка была сиротой, родителей не помнила, с малолетства воспитывалась у дальних родственников. Те заставляли её выполнять грязную и тяжёлую работу, попрекали куском хлеба, а когда Клаша подросла и сделалась хороша собой — хозяин пытался склонить её к разврату, надеясь извлечь из этого прибыль.

— Я и убежала от них. Устроилась ученицей к портнихе, работала. Потом в модный магазин поступила. Хозяйка там вроде и ничего была: кормила досыта, ну бивала иногда, не без этого, — рассказывала Клаша. — А так я у неё мастерицей сделалась, хорошие деньги получала.

Но характер Клаши не позволял усердно работать и копить деньги на чёрный день. Выросшая среди грубых, пьющих людей он сама быстро пристрастилась к выпивке и гулянкам. Её красивая внешность привлекала парней — таких же бесшабашных, склонных к разгульной жизни. Вскоре встретила такого одного и влюбилась до смерти. Любезный промышлял воровством и сумел увлечь Клашу мнимой романтикой своего ремесла. Он и подговорил девушку накопить побольше денег и махнуть в путешествие вольными птицами — куда-нибудь на юг, к морю, где солнце, ветер, свобода! Да ещё любимый усердно делал вид, что беспокоится о здоровье Клаши, которое было уже подорвано пьянством и загулами…