Книга Птицы молчат по весне, страница 41 – Ксения Шелкова

Анна попробовала сосредоточиться не на ожидании чуда, а наоборот мысленно приказывала своему творению остаться на бумаге. Не сразу, но у неё получилось: акварельная роза не превратилась в настоящую, а канарейка сперва чуть не улетела, по крайней мере рисунок заметно дрогнул. Анна же изо всех сил удерживала в сознании картинку не живой птички, а нарисованной. Канарейка всё ж таки осталась рисунком. А вот когда Анна нарисовала крупного, яркого и упитанного снегиря — она всё время держала перед глазами живую, настоящую птицу. Снегирь легко вспорхнул с альбомного листа. Графиня Левашёва полюбовалась им несколько мгновений, затем поманила к себе и спрятала под одежду. Спустившись вниз, она проскользнула под носом у Поли, прибиравшийся в гостиной, вышла на крыльцо и выпустила своё творение на волю. Снегирь немного покружил над ней и полетел по улице к своим собратьям.

***

Тем же вечером рядом с их домом снова мягко зазвенели бубенцы: оказалось, это Теодор подъехал на тройке. Анна увидела его в окно; «рыцарь» ловко выскочил из саней и взбежал на крыльцо. Отворила госпожа Лялина. Теодор в своём тёплом чёрном плаще, присыпанным снежком, раскрасневшийся от мороза, с блестящими серыми глазами показался Анне совсем не таким надутым и самодовольным, каким она увидела его в первый раз. Он коснулся её пальцев холодными от мороза губами.

— От всей души благодарю вас за подарки,Фёдор Иванович, — промолвила Анна, но «рыцарь» покачал головой.

— Анна, мы же договорились!

Он встретился взглядом с Аграфеной Павловной, и Анна заметила, что та слегка кивнула в ответ. В следующий миг Теодор уже приглашал её прогуляться немного по заснеженной улице.

— Мы пойдём пешком, если вам угодно, будем идти и смотреть, как падает снег. Я велю ямщику медленно ехать за нами — как только вы устанете, мы сядем в сани и помчимся, как вчера. Мне ужасно хочется просто идти по улице рядом с вами… Анна.

Сзади Лялина уже набрасывала на свою постоялицу тёплую пелерину — Анна попыталась было что-то возразить, но «рыцарь» ловко опустился перед нею на колено.

— Я прошу вас, — твёрдо проговорил он.

К концу прогулки Теодор вдруг погрустнел и замолчал, а когда Анна спросила о причине, прозвучал странный ответ: «Я хотел бы, чтобы вы относились ко мне всегда так же, как сегодня». Она пожала плечами — но впереди уже виднелся домик госпожи Лялиной. Анна чувствовала себя весьма обязанной спутнику за чудесную прогулку, катание и подарки.

— Я, право, не знаю, как благодарить вас. Вы так внимательны ко мне… Теодор. Вы…

Она замолчала. Разумеется, Анне было ясно, что «рыцарь» не просто так зачастил в дом к Лялиной и тратится на удовольствия для её постоялицы. Неужели он и вправду надумал делать Анне предложение? Но ведь они знакомы всего ничего. Да и всё-таки Теодор не выглядел пылким юношей, способным безумно влюбиться с первого взгляда. Сколько ему лет — вероятно тридцать пять, сорок?

— Анна, — нежно проговорил Теодор, поддерживая её под локоть. — Я ведь всё знаю.

Она невольно вздрогнула и вырвала у него свою руку.

— О чём вы?!

— Аграфена сказала мне… Я знаю, что у вас совсем не осталось денег, негде жить; что в Петербурге вы одиноки и не имеете ни одной близкой души. Позвольте мне помочь — я тоже страшно одинок, у меня никого здесь нет, товарищи по службе — это всё не то!