Книга Птицы молчат по весне, страница 2 – Ксения Шелкова

— Я слышал, она была больна, и, по совету доктора, отправилась поправлять здоровье в своё загородное имение, — отчеканил Шувалов.

— А этот, значит, в её отсутствие… — проговорил Шаинский, выжидательно блестя глазами. — И ты собираешься стоять и смотреть?!

— Помилуй, Софи Нарышкина — совершеннейшее дитя, она ничего не понимает! А Левашёв обращается с ней в высшей степени почтительно, никаких бесед тет-а-тет… Что же, я должен вызвать его на дуэль за тур вальса и поданную перчатку?

Шувалов проговорил всё это невыразительным, бесцветным голосом.

— И потом, она не очень-то ко мне расположена! — продолжал он уже с беспокойством. — Если буду докучать ей своей ревностью или нравоучениями, боюсь, выйду из милости и у неё, и у её маменьки. А этот брак может стать весьма важным для моего будущего.

Шавинский посмотрел на него с удивлением.

— Странно как! Если бы Софья Дмитриевна была моей невестой…

— То твоя сабля уже была бы обагрена кровью хоть десяти графов Левашёвых, осмелившихся подать веер и чашку чаю! Что поделать, мой друг! Ты военный, я же дипломат. Я не могу рисковать своей карьерой в Коллегии иностранных дел, где, кстати сказать, наш Левашёв нынче занимает не последнее место!

***

В то время, как этот разговор происходил междуженихом Софьи Нарышкиной и его другом, граф Левашёв сидел в уютном кресле так близко к прелестной Софи, что различал еле заметные тени на её щеках, когда она опускала свои густые, золотистые ресницы. Лицо Софи были ослепительно белым, так что от малейшего волнения её щёки заливались нежно-розовым румянцем. Она говорила по-французски с совершенством человека, проведшего большую часть жизни во Франции. Владимир Левашёв вполне оценил это, особенно сравнивая изящное и безупречное произношение мадемуазель Нарышкиной с произношением своей жены Анны и её сестры Елены. Те говорили по-французски хотя и бегло, но… Левашёв внутренне поморщился. Купчихи, что с них взять!

— Вам нравится эта мелодия, мадемуазель? — спросил он, для того лишь, чтобы заполнить паузу.

— О, да! — с живостью ответила Софья Дмитриевна. — В Париже я пристрастилась к опере, а тут вдруг поняла, что такая тихая, камерная музыка тоже ужасно хороша! И вообще, я обожаю Моцарта.

— Вы непременно как-нибудь сыграете для меня, — тихо попросил Владимир. — Но только — пусть это будет ваша самая любимая пьеса. Я не очень сведущ в музыке, но услышать ваше исполнение было бы для меня огромной радостью.

«Спокойнее. Теперь надо срочно сменить взволнованно-лирический тон на обыденный, а то есть опасность перестараться. Пока не время», — приказал он себе.

Софи снова слегка зарделась и кивнула, но ничего не сказала; она вообще обладала удивительным умением: молчать, когда говорить нечего. Редкое качество для юной девушки.

Левашёв завёл какой-то тривиальный разговор о жизни в Европе, Софи в ответ делилась собственными впечатлениями — так что если бы кому-то вздумалось подслушать их, можно было убедиться, что между графом Левашёвым и Софьей Нарышкиной происходит просто светская болтовня. Владимир получал удовольствие: ему ужасно нравилась эта игра. Он уже понимал, что Софья Дмитриевна, если ещё не влюблена в него до смерти, то, во всяком случае, сильно увлечена. В семнадцать лет так трудно скрывать радостный блеск в глазах при виде предмета своего восхищения! Её маменька недовольно поджимала губы, но пока молчала, а жених, граф Шувалов, скучнейший, блеклый молодой человек, циник и карьерист, усиленно делал вид, что ничего не происходит! Ещё бы! Шувалову наверняка было известно, что Софи его откровенноне выносит, и он боялся даже слово поперёк сказать своенравной невесте. Левашёв уже практически перестал опасаться скандала со стороны жениха Софи. Он достаточно изучил её решительный характер, а ещё знал, что семья её не только обожала, но и боялась за её слабое здоровье. Да и император Александр, чьей незаконной дочерью считалась Софья, тоже души в ней не чаял. Так что все они пойдут навстречу желанию Софьи Дмитриевны, когда поймут, что её отношение к графу Левашёву — серьёзно. И тогда, страшно представить — он станет неофициальным зятем самого царя!