Книга Фаворитка, страница 15 – Екатерина Оленева

Мара не верила собственным ушам — отрезать язык за песню? Без суда? Без возможности оправдаться?

Тем временем стражники уже крепко схватили дрожащего от страха трубадура и грубо швырнули его на колени посреди зала. Меч сверкнул в руке у ближайшего рыцаря, готового нанести удар. Никому и в голову не пришло встать на защиту несчастного певца.

Однако в тот момент, когда лезвие готовы было обрушиться на горло жертвы, Мара стремительно вскочила со своего места и громко выкрикнула:

— Нет!!!

Её отчаянный вопль прорезал звенящую тишину, заставляя всех присутствующих замереть, обратив взгляды на дерзкую девушку.

Даже рыцарь, занеся оружие для казни, замешкался, ожидая дальнейших распоряжений своего повелителя.

Принц резко развернулся и смерил Мару ледяным взглядом. Медленно, размеренным шагом он направился к ней, словно хищник к намеченной жертве.

«Держись подальше от принца и его приспешников, если жизнь дорога», — тревожным эхом прозвучал в памяти совет Арика, сидящего неподалёку, съежившегося от страха.

Совет оказался бесполезным. Проклятый Принц неумолимо приближался, и Мара почувствовала, как ледяной холод пробежал по позвоночнику.

Подойдя вплотную к девушке, Мальдор Драгонрайдер позволил ей внимательно изучить себя. Черный кожаный плащ оттенял его лицо, делая кожу почти фарфоровой. Резкие, но удивительно правильные черты выдавали древнюю аристократию. Ярко-голубые глаза, холодные и глубокие, как горные озера зимой, сверлили собеседницу, отражая железную волю и внутреннюю силу. Волнистые светлые волосы струились водопадом по плечам, подчёркивая породистую красоту.

Высокая твёрдая линия подбородка свидетельствовала о твёрдости духа и упорстве, а тонкие губы и лёгкая кривизна бровей намекали на тонкую иронию и чувство собственного достоинства. Лёгкая полуулыбка могла показаться дружелюбной, но внимательный взгляд различал в ней лишь высокомерную насмешку, за которой таился острый ум и коварство.

От его взгляда Маре захотелось немедленноисчезнуть, растворившись в воздухе.

— Кто ты такая, чтобы ставить под сомнения мои решения? — спросил принц с лёгким пренебрежением.

Осознав, что простая бродячая артистка не вправе оставаться сидеть перед представителем королевского дома, Мара торопливо поднялась и попыталась поклониться, насколько позволяли её манеры. Воспитание девушки не предполагало изысканных реверансов, да и собственная жизнь Мары не подготовила её к подобной ситуации.

— Никто, Ваше Высочество, — прошептала она испуганно. — Я вовсе не собиралась возражать вашему решению. Эти слова сорвались нечаянно.

— Нечаянно?.. — спросил принц с ноткой разочарования, не отводя тяжёлого взгляда. — Нечаянно, значит?..

— Да, ваше высочество, — ответила она, набравшись мужества. — Но решение, принятое вами, представляется несправедливым.

Уголки губ принца поползли вверх, превращая улыбку в хищную гримасу. Он выпрямился, широко расставив ноги и опершись руками на рукоять шпаги, висевшей у пояса.

— Впервые слышу, чтобы житель Подгорья считал мои решения несправедливыми. Любопытно. Продолжай.

— Этот человек всего лишь певец, причём, весьма посредственный. Его слова вряд ли способны причинить реальный ущерб. Позвольте просить вас о милости и великодушии — освободите его.

— Ты? Просишь — меня? Забавно, — произнёс он, наклоняя голову вбок. — Обычно люди боятся даже в глаза мне взглянуть, не то, чтобы с просьбой обращаться.