Книга И пеплом стали звезды, страница 178 – Рина Сивая

— Цела? — хрипло поинтересовался Таймарин. Канал связи с ним яи не думала отключать.

— В норме, — успокоила я мужа и тут же переключилась на общую волну, заметив, как «Гамма», третий фрегат, пытается зайти «Нее» с кормы. — Капитан, фланг! Фланг!

Мой позывной прозвучал в эфире — не имя, не номер, просто «Истра». Но его услышали. Два истребителя из группы Рэка рванули наперерез, осыпая «Гамму» огнем, заставляя ее отвернуть. В это время «Нея» пробивала щиты «Беты», вынуждая и ее отодвигаться как можно дальше от фрегата и наших истребителей.

В эти секунды не было ни меня, ни Тая, ни прошлого. Был только танец: жестокий и точный. Вздохи двигателя, вибрация ручки управления в ладони, холодный пот на спине. Я вписалась в строй эскадрильи, как будто никогда и не уходила из Космофлота. Как будто все эти годы я только и делала, что совершала на боевые вылеты, а не удирала на потрепанном корвете от патрулей по окраинам галактики.

— «Гамма» отступает! Ложный прыжок! — предупредил Рэк. — Не преследовать! Возвращаемся к «Нее»!

Мы отошли, заняв позицию вокруг нашего фрегата. «Нея» получила несколько попаданий, но щиты держались. Гражданские транспорты, воспользовавшись передышкой, уходили в безопасную зону.

Я улыбалась, глядя на недавнее поле бое. Сквозь лобовое стекло я видела могучий корпус «Неи», целый и недрогнувший, как настоящая крепость. И знала, что там, на мостике, Тай смотрел на меня. Не на позывной, не на истребитель. На меня.

За всю ту войну, за все годы разлуки, я впервые почувствовала не боль и не страх, а странное, горькое, но правильное спокойствие. Я была там, где должна была быть. Не в бегах. Не в тени. А здесь. В бою. Рядом с ним.

Пусть и за штурвалом чужого истребителя, в составе чужой эскадрильи, под пристальным и недобрым взглядом Зориана Рэка.

Но — рядом. И мы только что выиграли первый раунд.

Два гардийских фрегата, ошеломленные внезапным разгромом, дрогнули. Их строй распался, атака захлебнулась. Они разворачивались, подставляя нам свои израненные корпуса, но добивать их не было ни смысла, ни приказа. Наша задача была выполнена: гражданские ушли, «Нея» уцелела.

— Эскадрилья, возвращаемся домой. Прикрыть «Нею» с флангов, — прорычал в эфир Рэк, и его голос впервые звучал без привычной едкой насмешки. Теперь это был просто строгий, но довольный командир.

Я последовала за его кораблем,чувствуя, как дрожь в руках постепенно сменялась приятной мышечной усталостью. Адреналин отступал, и на его место медленно пробиралось другое чувство — гордость. Не за себя. За Таймарина. За нас.

Мой истребитель, встряхиваясь, прошел через щиты «Неи» и мягко приземлился в ангаре на зарезервированное место. Сразу же к нему бросилась команда техников, я же отстегивала привязные ремни, срывала шлем с головы. Мне нужно было на мостик. Нужно было увидеть мужа.

Я выпрыгнула из кабины, едва не споткнувшись о дренажный люк, и чуть не столкнулась с самим Зорианом Рэком. Он снял шлем, и его бледное, изрезанное шрамами лицо исказила не улыбка, а какая-то сложная гримаса. Целых тридцать секунды мы играли в переглядки, ожидая друг от друга хоть каких-то слов, но первым молчание прервал все-таки капитан.

— Не дурно для девчонки, пропавшей на восемь лет.

— Это я еще не старалась, — так же равнодушно, как и он, отбила я.