Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 118 – Виктория Кузьмина

— Пошли, — прохрипел он, резко вставая и дергая ее за руку.

Она, ничего не понимая, но покорно, пошла за ним. И его снова накрыло. Волна злости и ревности, едкая и удушающая. Сейчас они выйдут на улицу, и каждый встречный оборотень будет чувствовать ее запах. Запах возбужденной самки. Егосамки. Эта мысль сводила с ума.

До машины добрались быстро. Он мягко толкнул ее на пассажирское сиденье, сам сел за руль и с визгом шин рванул с парковки. Пока они неслись по ночному городу, он понял — ждать больше не может. К чертувсе.

Он резко свернул в сторону центра, взвился по серпантину на смотровую площадку, пустую в этот поздний час. Машина замерла на самом краю, над сияющей панорамой ночного города.

Агата, все еще тяжело дыша, оглядела огни, раскинувшиеся внизу, как россыпь драгоценностей, и перевела растерянный взгляд на него.

Он не стал ничего говорить. Его пальцы впились в ее волосы у затылка, перехватывая, и его губы грубо обрушились на ее полуоткрытые удивленные. Это был не поцелуй, а поглощение. Жесткий, требовательный, до дрожи, до боли.

Он впивался в ее сладкий рот, заставляя отвечать, высасывая воздух и волю. Его другая рука обвила ее талию и резко притянула, пересаживая к себе на колени, так что она оседлала его бедра.

Она пронзительно застонала, когда почувствовала его мощную эрекцию сквозь слои ткани. Его пальцы бесцеремонно впились в резинку, державшую ее волосы, и сорвали ее. Белый шелк распустился водопадом, и густой, чистый аромат, ее уникальный запах, смешанный с его собственным, разлился по салону, как дорогое, опьяняющее вино.

Как я голоден до нее.

Эта мысль пронеслась ослепляющей вспышкой. Никогда, ни с кем, он не испытывал ничего даже отдаленно похожего на это всепоглощающее ощущение. Его крышу сносило со скоростью близкой к скорости звука.

Ткань ее джинс туго натянулась на ее округлых, шикарных ягодицах. Он сжал их, и новый стон, полный удовольствия, вырвался из ее груди. Она инстинктивно протерлась о его член, и он понял — если она сейчас начнет стягивать эти проклятые джинсы, он просто сдохнет от разрыва плоти. Она скинула кофту оставшись в одном лифчике. Порнография, а не белье. Пиздец красиво.

Не отрываясь от ее губ, вцепился пальцами в шов на ее ягодицах и с силой в стороны. Раздался резкий звук рвущейся ткани.

— Сириус, зачем?.. — испуганно прошептала она, пытаясь отодвинуться.

Он рыкнул ей прямо в губы, его голос был низким и хриплым от неконтролируемого желания.

— Хочу тебя пиздец.

И снова поглотил ее поцелуем, жестким, безжалостным, не оставляющим места для возражений. Его руки рвали джинсы дальше, обнажая кожу, такую нежную и гладкую под его шершавыми пальцами. Он расстегнул свои брюки, высвободив свое болезненно напряженное возбуждение, и, не теряя ни секунды, направил себя в нее.

Она была влажной и готовой,ее тело приняло его легко, с глубоким, сдавленным стоном облегчения и наслаждения. Он вошел в нее одним мощным, безостановочным движением, заполняя ее до предела, и на миг замер, чувствуя, как она пульсирует вокруг него, плотно обхватывая.

Он начал двигаться. Неистово, яростно, почти безумно. Его бедра работали в унисон с его поцелуями — властными, требовательными. Он держал ее за бедра, помогая ей найти ритм, и она, забыв о стыде, о страхе, откинула голову, обнажая шею, и двигала бедрами, все быстрее и глубже.