Книга Бесчувственный. Ответишь за все, страница 113 – Виктория Кузьмина

Что-то внутри него дрогнуло. Тревожное. Смутное. Глубоко спрятанное. Это выражение… «Голос, что заставляет слушать». Оно вертелось на языке, отзываясь эхом в самых потаенных уголках памяти. Очень давно. Где-то он это слышал. Но всплыть, обрести форму, упрямо отказывалось.

Дверь машины с силой распахнулась, нарушая его размышления. На переднее сиденье с размаху опустилась не Агата.

Злата. Его официальная невеста. Девушка пылала, ее идеально выстроенный образ трещал по швам от праведного гнева. Золотые глаза метали молнии, а из-под ухоженных ногтей уже показались острые, смертоносные когти, грозя разорвать обивку сиденья.

— Ты меня игнорируешь! Решила подойти сама, пока эта мелкая блядь не пришла!

Сириус даже не повернул головы. Его взгляд оставался прикованным к телефону.

— Вылезай.

— Ты поговоришь со мной! Я твоя невеста! Ты не смеешь так относиться…

Он медленно повернул голову. Атмосфера в салоне мгновенно сгустилась, стала удушающей.

— Что ты сказала?

От того, каким низким, тихим и абсолютно смертоносным был его голос, Злата побледнела, вся ее ярость сменилась животным страхом. Ее собственная волчица заскулила внутри, прижимаясь к земле перед разъяренным Альфой.

— Я… я…

— Ты — никто. Сука, которая возомнила о себе слишком много. Ты думаешь, что этот фарс под названием помолвка меня ебет? Ты нахрен мне не сдалась. Я закрою глаза на твою вольность в последний раз. Со скидкой на твою природную глупость, но в следующий раз ты будешь наказана за свое поведение. Тебе не понравится.

— Это все из-за нее, да? Из-за нее ты так жесток ко мне! — ее голос сорвался на визг. — Если ты хочешь с ней спать — спи! Мы ведь с тобой не истинные, и у многих есть любовницы! Но не афишируй свое пренебрежение ко мне на всю общественность! Скоро прием в честь нашей помолвки, и мы должны показать, что у нас все хорошо!

— Пошла вон. На глаза мне не попадайся.

Бешенство закипало в нем с такой силой, что она, наконец, осознала — еще одно слово, и он не станет сдерживаться. Его аура, тяжелая и сокрушительная, уже давила на нее, грозя раздавить. Она метнулась из машины так быстро, словно за ней гнались демоны.

Сириусостался сидеть, сжав руль так, что кожаный чехол затрещал. Ярость, холодная и густая, как смола, пульсировала в нем. Он понимал, что сейчас его, его внутреннего зверя, успокоит только одно. Только один запах.

Агата пришла через полчаса. Сириус, не говоря ни слова, с силой вжал педаль газа в пол, и машина рванула с места, унося их прочь от института. Она сидела молчаливая, задумчивая, а его гнев все не стихал, требуя выхода.

И лишь когда они уже подъезжали к дому, он почувствовал, как действие «Призрака» начало ослабевать. Сначала едва уловимо, затем все явственнее. Салон автомобиля медленно, но неотвратимо начал наполняться ее ароматом. Их ароматом. Она пахла им. Так ярко, так вызывающе, словно он только что взял ее прямо в этой машине. Она впитывала его запах в свою кожу, носила его на себе, как самое дорогое украшение, и это сводило с ума.

Это поразительное, животное единство невероятно заводило его. Он совершенно не сходил с нее. Она стала его навязчивой идеей, его болезнью и его единственным лекарством. И в этом заключалась самая опасная ловушка.

Он уже почти свернул на подъездную дорожку к своему дому, но его пальцы резко с силой сжали руль, и машина, взрыхлила снег на обочине, развернулась обратно на главную улицу.