Книга Не твоя жертва, страница 96 – Виктория Кузьмина

— Давай ее убьем. Прямо здесь. Сейчас, — его голос был низким, насыщенным ядовитой ненавистью. — Зачем нам этот ходячий позор? Рисковать из-за человеческой твари?

Лена почувствовала, как кровь отхлынула от лица. Сердце замерло. Это было не пустое запугивание. В его глазах горело искреннее желание разорвать ее здесь и сейчас.

Марат посмотрел на Сарана, его ледяные глаза сузились. Он медленно, с преувеличенным спокойствием покачал головой.

— Нет. Это не вариант, Саран. Это порушит все планы. Весь расчет, — его голос звучал устало, но твердо. — Она — ключ. Живой ключ. Без нее — только слухи и домыслы. С ней — факт. Весомый. Неоспоримый.

— Факт?! — Саран взорвался, сделав шаг к Марату, его сдержанность испарилась. — Факт того, что Альфа Черных опустился до скотства?! До метки человека?! Да он сам себя добил этим! Зачем нам ее тащить на Сход? Достаточно рассказать! Все и так поверят! А ее, — он яростно махнул рукой в сторону Лены, — убрать! Чтобы не маячила, не напоминала о мерзости!

— Потому что рассказать и увидеть — разные вещи! — Марат повысил голос, в нем впервые прозвучало раздражение. — Вид ее метки сломит даже тех, кто еще сомневается! Это не просто нарушение, Саран! Это плевок в лицо всем Законам Предков! И она должнасказать! Должна подтвердить! Сама!

— И что она скажет?! — мужчина язвительно фыркнул. — Что это любовь с первого взгляда?!

Они стояли друг напротив друга, напряжение между ними нарастало, как перед грозой. Воздух в камере сгустился от их противостояния. Лена затаила дыхание, ловя каждое слово, каждую ноту. Ее жизнь висела на волоске этого спора.

— Саран! — Марат рявкнул его имя, как команду строптивой собаке. Голос его, насыщенный властью Альфы, гулко отдался в каменных стенах. — Хватит! Ты здесь по моему приглашению! И действуешь по моемуплану! Не нравится — дверь там! Но тронешь ее — ответишь мне. Лично. Понял?

Саран замер. Его скулы резко выступили, челюсти сжались так, что стало слышно скрежет зубов. В его темных глазах бушевала ярость, смешанная с вызовом, но и с осторожностью. Он явно не был готов к открытому конфликту с Маратом здесь и сейчас. Он резко отвернулся, швырнув в стену скомканный платок, который держал в руке. Молчание было его поражением, но не капитуляцией. Оно висело тяжелым, звенящим грузом.

Марат перевел ледяной взгляд на Лену. Он поморщился, будто чувствуя запах тления, и шагнул в камеру. Его тень накрыла ее.

— Завтра мы уезжаем отсюда, — заявил он ровно, без эмоций. — Ты едешь с нами. Твоя задача одна: вести себя тихо и послушно. Через неделю будет Сход Кланов. Собрание Альф и Старейшин, — он сделал паузу, давая словам проникнуть в ее сознание. — Ты выйдешь перед ними. И скажешь все, как я скажу. Твоя задача — сделать так, чтобы Альфу Черных Волков отстранили от власти. Навсегда. Лишили титула, земли, стаи. Поняла?

Внутри Лены все похолодело.

Как? Как он себе это представляет?

Она подняла на него взгляд, стараясь сохранить видимость растерянности и страха.

— Как вы себе это представляете? — спросила она тихо, голос слегка дрожал — не полностью притворно. — Что мнение человеческой женщины может значить для Старейшин Кланов? Разве они станут слушать меня?

Марат усмехнулся коротко и жестко. В его глазах мелькнуло презрение к ее «глупости».