Книга Невеста Черного Герцога, или Попала в драконий переплет!, страница 40 – Наталья Самсонова

– Белые цветы и сюда подойдут,– Шайла сверкнула глазами. – Как вчера. Где они, я принесу!

– В спальне, сама схожу,– улыбнулась я.

– Не завяли?

И я чуть не засмеялась. Ну конечно, зима ведь! Сейчас, по идее, свежие цветы должны быть на вес золота. Вряд ли в оранжереях выращивают что-либо, кроме Злотнянки.

«Хотя я могу и ошибаться», признала я. «Одно радует, я вчера успела снять цветы и подпитать их магией».

С достаточным количеством силы мои растюшки могут жить и на голом камне. Что мои адсорбентики и доказали!

В этот раз мои волосы были собраны в простой мягкий узел, поэтому цветы я закрепила слева, чтобы их было хорошо видно.

– Красота! Вы как Дева Весна,– засмеялась Шайла.

Покачав головой, я подобрала себе перчатки в тон платью и покосилась на руки моей служанки. Ее белоснежные перчатки будто бы излучали свет, настолько чистыми они были. Вообще Шайла сильно изменилась за эти дни. Раньше ее форменное платье было коричневым, с белой лентой у горла. Теперь она носила темно-синее платье, белоснежный передник и перчатки в тон. И белая кружевная лента в волосах.

– Вы заметили? – засияла девушка,– каддири Вирго выдала новую форму! Иванка чуть не лопнула со злости.

«Не в тот ли день это было, когда она мне воду под ноги вылила?», заинтересовалась я.

Но не успела спросить – в дверь постучали. Та самая Иванка сообщила, что второй завтрак состоится в музыкальной гостиной.

– Больше никто не мог прийти и сказать об этом? – скривилась Шайла и, вредно улыбнувшись, дыхнула на Иванку.

А та, пойдя пятнами, гневно зашипела:

– Ты что, объела каддири?

– Я не ем хьёмсы,– отрезала я. – Но Шайла их любит,так почему нет? Оставьте ссоры, Шайла, проводи меня в музыкальную гостиную.

– Сию секунду,– подбоченилась моя служанка,– а ты иди, тебе еще лестницы чистить.

Выставив Иванну прочь из комнаты, мы направились к музыкальной гостиной. По дороге я расспросила служанку про гостиную:

– Большая она, очень. И овальная. Там стоит огромный клавесин, только называется по-другому. И много-много стульев бархатных. Зачем там завтракать? Никаких музыкантов не заказывали, уж я б знала.

– Откуда бы?

– Так ходы-то потайные, для прислуги,– хихикнула Шайла,– мы всегда смотрим, как герцог развлекается.

Тут она помолчала и добавила:

– Не в спальне. Там-то ничего интересного и не происходит. Иванка уж выслеживала его выслеживала, а только попалась и теперь в поломойках. А это обидно.

– Обидно?

– Все полы в доме зачарованы, а герцог отменил заклятья, чтобы Иванке работу дать. Сказал, как поумнеет, так обратно в горничные вернется. А если совсем не поумнеет, то по лету пойдет новую работу искать. Добрый он у нас, жалостливый. Любой другой бы посередь зимы идиотку на мороз выкинул, а он лета ждет!

Через несколько минут мы подошли к парадному входу, и Шайла, изобразив что-то вроде поклона, отошла в сторону.

Передо мной же распахнулись двери, и я, войдя, сразу же увидела и Ферхарда, и своего наставника тригаста Альрани. Из-за их спин виднелся край камзола Тайверри, а Софьеррель…

Драконица обнаружилась рядом с роялем. Хотя Шайла сказала, что клавесин… Не важно. Главное, что не я буду на нем играть.

– Доброе утро,– Софьеррель расцвела улыбкой,– я убедила Ферхарда дать мне еще один шанс познакомить вас, каддири Юлия, с бесподобным творением великого мастера. Прошу, садитесь!